Я все еще князь. Книга XXI

— На недельку. Я приеду через три дня в столицу. Тебя надо наградить по всем правилам. К тому же документы на Сахалин заберешь.

— Еще документы? — закатил я глаза.

— А как же, — словно учитель, царь покачал головой. — А ты думал, парочка коробок, и все? Видел бы ты, сколько у меня документации в кабинете. Слава богу, Канцелярия оставляет лишь бумаги на подпись. Остальным занимаются помощники.

Может, тоже открыть свою небольшую канцелярию с отделами? А что, мысль хорошая. Только где взять столько квалифицированных специалистов, вот в чем вопрос.

— Ваше величество, не расскажете про Любавку? Откуда она? Почему она… ведет себя как ребенок?

Возможно, это единственный раз, когда мы общаемся в неформальной обстановке, так что я не стал тянуть.

— Хм… — по этой реакции царя я понял, что он что-то да знает. — А ты с ней говорил?

— Пока нет, — признался я. — Не знаю, с чего начать.

— Происхождение Любавки мне не известно. Просто в один момент она появилась у Володи, и все.

— Как так? И вы не спрашивали?

— Конечно, спрашивали. Но он отмалчивался. Видишь ли, хоть мы и дружили, Володя всегда был довольно скрытным человеком. В один прекрасный день он просто пришел на полигон вместе с ней и поставил перед фактом, что это его животинка. Так и сказал. — Царь даже немного улыбнулся, погрузившись в воспоминания. — Как сейчас помню. Солнечный день, мы с отрядом за городом, в моем поместье, где располагалась штаб-квартира. Мы не видели Володю, наверное, месяц… Тогда еще Сережа Есенин шутил, что он решил сам закрыть все метеориты, мол, мы его только отвлекали.

Я кивнул.

— С того дня она всегда с нами. И должен сказать, Любавка делала большую часть работы. Правда, тогда еще не вызывала метеориты, — хмыкнул царь.

— У нас с этим строго.

— Охотно верю, — кивнул царь. — Володя тем летом был очень счастлив. Наверное, это его первый прирученный монстр. По крайней мере, до этого у нас не было подобной информации.

— Владимир был настолько хорош?

— О, — Романов как-то грустно улыбнулся. — Он был великолепен. Лучше него я магов не знаю.

— Тогда как он умер?

— Время. Время его убило, — царь встал и повернулся к стене. — Время любого одолеет, Миша.