И киллеру за державу обидно

Рядом уже находились несколько человек, способные вполне заменить их обоих. Федулов («Шарпей») и Смирнов («Моряк») могли подсказать, высказать свои мысли, Махалин Сергей («Лысый», «Камбала»), совсем не глупый человек, честно говоря, я предпочел бы видеть его на месте Олега Александровича, хотя дел с ним иметь также не хотел. Был и Шарапов Александр («Шарап»), хоть и ленивый, но дальновидный и совсем не простой. Все эти люди не очень-то рвались наверх, а если и позволяли себе что-то, то не заходили дальше «огрызаний» и оспариваний некоторых команд административного характера.

Игорь Смирнов — «Шульц» и Юрий Федулов — «Шарпей», неосторожно забылись, наивно полагая, что поставленные Пылевыми старшими на рынках, стали незаменимы, их благополучное положения навсегда останется достаточным в финансовом отношении, а власть в своей вотчине непререкаема и независима. Таким поведением, не осознавая этого, эти люди противопоставили себя безоговорочной власти братьев, что вовремя заметили и, конечно, пресекли выстрелами в голову на борту катера, принадлежавшего Сергею Буторину, плавно режущему носом волны Средиземного моря, где и покоятся по сей день их останки.

Махалин Сергей — «Камбала», «Лысый». Фотография из фототаблиц материалов уголовного дела

Конец же лета и начало осени 1995 года еще не принесли этих подозрений, только сплотившаяся команда «медведковских» пировала на могиле бывшего «главшпана» Григория Гусятинского, отмечая новые назначения, повышенную заработанную плату, невероятные перспективы.

В моменты фуроров и победной эйфории победители редко продолжают быть начеку в отличии от поверженных. Приведшая к победе примененная стратегия, кажется, оправдала себя, а значит можно применять вновь и вновь. Именно здесь и вкрадывается ошибка.

Саша Шарапов — «Шарап»…

Вопрос: кто больше рвался к власти — Ческис или Пылев? Наверное, каждый в своем болоте, но второй был уверен в своем главенстве над первым, при этом поддаваясь на его увещевания.

Понимая, что не справляется с Волошиным и Шумахером, Дмитрий Семенович, наверняка предпринимал что-то, чтобы каким-то образом заставить их подчиниться себе. Что он говорил Пылеву останется за кадром, но поступки «бандидос» говорят сами за себя.