Я иду искать: Подлинные истории о российских маньяках

Шили они халаты и другую одежду, которые я продавал на базаре и на заказ. Также одна Татьяна умерла где-то в марте 1997 г. от истощения, и труп я один ночью вынес и выбросил в лесопосадках недалеко от гаража, а Вера умерла весной… Больше сегодня я показания давать отказываюсь. Остальное я расскажу завтра. На учете у психиатра я не состоял, но я желаю, чтобы меня проверил психиатр. Показания о том, что я этих женщин превратил в невольниц и не выпускал их, я даю добровольно, меня к этому никто не принуждал. Я решил сознаться во всем, об остальном я расскажу завтра.

"Но на следующий день допроса не было, потому что ночью Комин попытался покончить с собой – правда, неудачно. В деле есть его предсмертное письмо, адресованное Ирине. В нем он признается в любви, пишет, что никогда «таких сильных чувств не испытывал», и не винит ее в том, что написала заявление в милицию. Просит простить за обиды, которые причинил, за то, что опозорил. «Иринка, ты за короткое время дала мне столько счастья, сколько я не видел за всю свою жизнь.

На трех фото – письма Комина

На других допросах Комин рассказывал, что еще в 1991 г. разработал план по обогащению с помощью подневольной рабочей силы, который включал в себя строительство подземного бункера под гаражом и похищение людей, обладающих нужными профессиональными навыками (в частности, умеющих шить).

Вскоре Комин подал два заявления о явке с повинной. В одном из них сообщил, что якобы убил мужчину по прозвищу Серый, которого нашел бомжующим на вокзале и привел в гараж. Во втором – об убийстве младенца, которого якобы родила в подвале Ирина, но, поскольку другие «рабыни» были против ребенка, его заморили голодом, а тело Комин выбросил за деревню.