Я еще не царь. Книга XXV

— Там был еще кто-то! — продолжила царевна. — И ты, и Евгений Родионович это знаете! Но вы молчите!

— А ты не думаешь, что это не твое дело?

— Паша…

— Ох, молодые Романовы, — неожиданно раздался голос Онегина прямо у них за спиной. — Горячая непослушная кровь. — Он по-доброму посмотрел на Катю и положил ей руку на плечо. — Не стоит нервничать, ваше высочество, вы же знаете, что не все секреты Романовых известны даже Романовым, — потом так же положил руку на плечо Павлу. — А для вас, царевич, слишком необдуманно так быстро выходить из себя.

Оба переглянулись.

— Попался? — хихикнула Катя.

— Ах ты, зараза мелкая! — воскликнул Павел. — Спровоцировала меня!.

— Н-да… — хмыкнула Катя. — Ну и наследник… Такой…

Но договорить она не успела. Двери открылись, и в комнату зашел царь в компании Чехова и Насти.

Павел и Катя в мгновение ока сорвались с дивана и сжали Анастасию в своих объятиях.

— Сестренка! — воскликнул Павел. — Мы так боялись, что ты не вернешься!

— Ты что, Паша, как же я могу не вернуться? А за тобой кто будет присматривать?

— Настя, я… я… — начала Катя, но не договорила и расплакалась.

— Ну все-все, я дома, — погладила старшая младшую по голове.

Потом объятий удосужился и сам Петр Петрович, но только от Кати. Павел же как мужчина пожал отцу руку.

Чехов в это время поздоровался с Онегиным, и оба сели на стулья у окна.

— Красиво, — многозначительно кивнул Михаил Павлович в окно.

— Красиво, — подтвердил Онегин.

Царь прошел чуть дальше и сел в кресло, наблюдая с улыбкой, как его дети обнимаются.

"— А где девочки? — поинтересовалась Катя. — Папа сказал, что вы с ними, и еще с одной…

— Да, — кивнула Настя. — Френсис Михаила Павловича умеет изгонять хаос. Она и мои девочки сейчас у меня в комнате.

Онегин повернулся к царю и посмотрел на него взглядом старца.

— Приятно видеть, как дети радуются?

— Ты не представляешь насколько, Женя. Это невероятное чувство… — Романов повернулся к нему и многозначительно посмотрел. — Мы нашли существо, которое утверждает, что он брат Любавки.

Павел и Катя тут же замолчали и повернулись к отцу.

— Любавки? — удивился Онегин. — Володи?

Царь кивнул.

— Где он?

— Мы провели его в мой кабинет.

Царь продолжал смотреть на Онегина. Мужчина встал, с ним поднялся и Чехов.

— Ваше величество, — сделал тот легкий поклон. — Если вы не возражаете, я бы хотел с ним поговорить.

Царь улыбнулся уголком рта и кивнул.

— Мы ненадолго отойдем, — сказал Петр своим детям. — Мама вот-вот подойдет.