Я буду первым (СИ)

Я любуюсь собственным задом, лишенным какой-либо одежды, а еще мужской задницей шоколадного цвета. Разворачивающееся перед моими глазами действо лишено какого-то скрытого смысла. Все исключительно ясно — и выдавливаемая смазка на мой зад, и чей-то голый пенис, и следующие за ним поступательные движения.

Вот почему госпожа Новикова ушла сегодня с гордо поднятой головой, даже не спросив, за что я с ней так. Не проронив ни одной слезинки. А я готовился к разбору полетов.

Вот почему, когда я попытался переправить видео с нашим сексом своему знакомому, у меня ничего не получилось.

Вместо этого на телефон пришла картинка с конфигурацией из среднего пальца с телефона Лены, после чего у меня накрылся аппарат. К сожалению у меня не было времени разбираться — с утра должно было состояться важное совещание.

Сейчас до меня доходит — она всё знала, когда пришла ко мне. И обдурила меня.

Зачем тогда пришла, если знала?

Вместе с пониманием, что это не я поимел ее, а меня поимели как последнего лоха.

Кровь отливает от лица. Дикая ярость вырывается вместе со свистящим:

— Убью суку!

Но я не один.

— Платон, это везде! Объясни мне, что это! — голос отца звучит тише.

Я дергаюсь. Он, что, думает, я и этот шоколадный заяц на самом деле?!

— Пап, это монтаж.

Он оседает в кресло и сиплым голосом спрашивает:"

"— Ты представляешь, как нас опозорили? Я хочу знать, кто.

Врать ему мне незачем.

— Падчерица Давлатова.

Он бросает на меня взгляд, в котором отчетливо читается: ""С кем ты связался?!""

— Я поговорю с Сергеем.

Мне не хочется никого вмешивать

— Не надо. Я сам разберусь.

— Разобрался уже. Хватит.

Он звонит начальнику службы безопасности. Тот является в кабинет слишком быстро, будто стоял под дверью.

— Видел?

Тот согласно кивает.

— Чтобы этого дерьма в сети не было. Проведи экспертизу на подлинность. И найди мне этих умельцев. Искать нужно через дочку давлатовской жены.

Молчаливый мужик понимает отца с полуслова.

— Все сделаю, — успокаивает отца и выходит в коридор.

Я иду следом.

— Никитич, четырех парней мне подбери.

Он отвечает.

— Через 10 минут будут готовы.

Но, вернувшись в кабинет, вижу, что лицо у отца стало серого цвета, а он дергает воротник рубашки и галстук, пытаясь вдохнуть.

— Настька! — зову я не своим голосом секретаршу.

Она залетает на высоченных шпильках. Слишком медленно. Надо запретить ей носить такую дурацкую обувь.