Бывшая жена драконьего военачальника (СИ)

— Но оскорблённая женщина хуже десятка порождений.

Я плохо разбиралась в политических играх, но замечание Гранта серьёзно встревожило.

— Вряд ли Совет в свете сомнений в своей деятельности откажет прессе в присутствии на заседании, — Итан неспешно двинулся к входу в здание, и воодушевлённые журналисты направились за ним.

Мы дождались, когда на улице станет тихо, и тоже покинули магмобиль. Взгляд мой заскользил по искусным колоннам, белоснежным медальонам с изображениями парящих в небесах драконах и резным пилястрам в кажущихся невероятно крепкими стенах.

Взгляд зацепился за изображение дракона, очень знакомое. Виски прострелило болью…

— Ай! — я невольно схватилась за голову.

— Ты что, Джослин? — обратилась ко мне Виктория.

— Я здесь, — пояснила ей сконфуженно.

— Мне жаль, — нахмурилась она, взяв меня за руку.

— Идёмте, нас не будут ждать, — напомнил о важном Грант.

Я заставила себя встряхнуться и первой вошла в здание. В просторном фойе было немноголюдно, все спешили по двойным мраморным лестницам на второй этаж в зал заседаний. На входе нам всё же пришлось столкнуться с журналистами, но, в отличие от Итана, мы проигнорировали все вопросы.

"Зал заседаний оказался просторным помещением со сводчатым потолком, и выставленными за двойными рядами колонн креслами для зрителей. Итан стоял за трибуной в центре помещения. А члены Совета заседали за стоящими на пьедесталах лакированными столами, драконы отдельно, люди отдельно. Отец Итана, Альберт, о чём-то сердито общался с Лукасом Вотерборном, и они оба не замечали входящих. А вот Генри Рамси сразу меня увидел. Лукаво улыбнувшись, он склонился к плечу сидящей рядом с ним красивой брюнетки.

— Камилла Моррис, — подсказал Шейн, подводя меня к свободному месту. — А рядом с ней  Эндрю Форест.

По другую руку от девушки расположился незнакомый мне мужчина. Златовласый блондин, судя по ауре, дракон стихии воздуха. Он тоже смотрел на меня, оценивающе, но практически без эмоций. Я спешно отвернулась и тут же натолкнулась взглядом на улыбочку сидящего напротив Ричарда Рамси.