Газонокосильщик

Трое из нас за этим столом, ты и твой ассистент, — выразительно взглянул он в мою сторону.

— И я, — добавил Хадсон. — Всего шестеро!

— Вас можно не считать, мистер Хадсон, — усмехнулся Грейсон. — Вряд ли вы стали бы саботировать свою же фирму и ставить палки в колёса своей племяннице.

Так они всё же родственники? Этот Хадсон и моя Хадсон… А говорила ведь… А, ну да — Мишель говорила, что он ей не отец. Про другие родственные связи я как-то и не спрашивал. Забавно…

— С утечкой мы разберёмся… — раздражённо дёрнул щекой Хадсон.

Мужчина слева от Хадсона довольно хмыкнул.

— Ты поняла меня, Мишель?

— Поняла, дядя… мистер Хадсон… — пробормотала девушка, покраснев и упрямо насупившись, словно школьница на родительском собрании.

Мишель медленно поднялась со своего места, забрала папку со стола и тихим голосом произнесла:

— Я могу быть свободна?

— Да, иди, — отмахнулся от девушки глава фирмы, сел вполоборота, закинув ногу на ногу и потерял к нам всякий интерес, принявшись что-то обсуждать с сидящим слева от него мужчиной…"

"Я молча поднялся со стула, распахнул дверь переговорной, пропуская перед собой Мишель, и двинулся следом за девушкой, уверенно цокающей каблучками по длинному коридору тридцатого этажа…

В полной тишине мы дошли до лифта, молча зашли в него, и так же молча и безжалостно Мишель вдавила кнопку нулевого этажа, сжав от злости губы в тонкую нить…

— Едем к Хендерсону! — отрывисто произнесла блондинка, нарушив тишину…

В этот раз за рулём была Мишель… Правда вела она… будто каждое нажатие на газ — это попытка сделать кому-то мучительно больно.

Дорога до казино Хендерсона заняла 45 минут.

Суровый охранник в строгом чёрном костюме окинул нас внимательным взглядом, выслушал юристку, молча кивнул и повёл нас извилистыми коридорами вглубь здания.

Проводил в фойе, усадил, бросил короткое «Ожидайте» и надолго исчез за широкими дверями.