Босс для разведёнки

— Ты куришь? — вырвалось из меня, когда до моего мозга медленно, но всё-таки дошла информация о новом запахе.

Сигареты с ментолом.

— Иногда. Не любишь курящих?

— Нет.

— Сочувствую. Не повезло тебе.

И Аренский скрылся за поворотом коридора.

Пошла следом, рассматривая дом более детально. Красиво, но, как и во дворе, внутри требовался небольшой ремонт.

Кухню нашла легко, а огромный круглый дубовый стол посередине большого помещения прямо врезался в глаза.

Вот на нём … и от собственных эротических фантазий у меня предательски загорелись щёки.

— Ев, ты сначала меня покорми. Я очень буйный, когда голодный.

Богдан вальяжно развалился на большом стуле, по форме напоминающий трон.

Он нарочно меня поддевает. Только сейчас это поняла. Чтоб я забылась, не думала и не вспоминала, а только на него злилась.

— Конечно, Богдан Анатольевич, покормлю.

— Посуда там, — кивнув в сторону большого шкафа, хозяин дома сам остался на месте, не сводя с меня взгляда.

— Есть мысли об отравлении и поэтому такая пристальная слежка? — не выдерживая, ехидно спросила я.

— Нет, Ева. Всё гораздо примитивнее. Решаю, руки вот тебе связать этим полотенцем или просто рукой удерживать.

Я уронила вилку, которую как раз собиралась аккуратно уложить возле его тарелки.

— И что решили? — глухо спросила я, чувствуя, как остро реагирует моё тело на него.

Запах. Движение. Дыхание. Я словно дикое животное, наделённое одними инстинктами.

— А ты сопротивляться будешь?

— А надо?

— На твоё усмотрение.

На секунду прикрыла глаза, дабы унять бешеный стук сердца. Аренский, наверное, мой персональный афродизиак.

Пока изображала думающую статую, моё запястье властно обхватили сильные пальцы, дёргая в сторону, а когда я открыла глаза, то уже сидела на мужских коленях.

— Зря ты, Ева, оделась, — с сожалением в голове посетовал босс.

— Так всегда можно раздеть, — на автомате ответила я, хотя самой не верится, что такие прямые посылы на секс исходят от меня — холодной женщины.

— Не всегда, — и он наклоняется ко мне, сидящей с прямой спиной, дабы избежать соблазна и прижаться к мужской голой груди. — Иногда можно прямо в одежде.

Глава 27

Богдан

Ева как птичка — невеличка восседает на моих коленях, стараясь не прикасаться ко мне лишний раз.

И это безумно заводит. Заводит её насильное отчуждение от меня, когда в голубых глазах плещется океан возбуждения. Острого. Пошлого.