Босс для разведёнки

— А мама когда приедет?

— Завтра к обеду.

Кнопка грустно вздыхает и совсем сникает. Вот же блядство.

— Может, хочешь к дяде Кириллу? — предлагаю этот вариант из мыслей, что его она знает лучше, чем меня.

— Нет. Он мне не нравится, — абсолютно серьезно выдаёт девчонка, что я буквально запинаюсь о неровность в асфальте.

Сабуров может кому-то не нравиться?!

— Ну хорошо. Тогда предлагаю такой план — едем к одному клёвому врачу, потом со мной на сделку, после ко мне в тот дом у речки, где вы с мамой были.

— Ого! Можно покупаться? — кажется, пропуская всё, что я сказал до речки, мимо ушей, ликует Кнопка.

— Если врач разрешит.

Радости на детском личике становится меньше, но голубые глаза горят огнём желания. Потрясающие глаза. Как у мамы.

Жмурюсь, стряхивая наваждение.

Открываю заднюю дверцу машины и едва успеваю ссадить с рук девочку, как она возмущённо пыхтит, оглядываясь.

— А где же детское кресло? Без него нельзя, Кощей.

И открытый взгляд чистых глаз на меня.

— Предлагаю сегодня разок нарушить правила, — стараясь не выматериться вслух, ищу выход из ситуации.

Эти дети …

— А мама говорит, что правила ДДП нарушать нельзя и …

— Стоп, Кнопка. Сейчас ты просто пристегнешься как взрослая обычными ремнями, а потом мы купим кресло. Договорились?

Она кивает, довольная собой, и подтягивает правую ногу к себе.

— Я гляну?

— Да, но не больно.

Это ещё та задачка …

— И правильно говорить ПДД, а не ДДП, — отвлекаю ребёнка, пока аккуратно трогаю тонкую щиколотку, где уже прилично отекло.

Эва коротко вскрикивает.

— Ой, не надо больше! А то болит сильнее.

Решаю, что хватит терять время, надо срочно к врачу. Мы летим в частную детскую клинику, где главный врач дружит с моим тестем, ибо документов на девочку у меня нет, а тут без особого отношения никак не разобраться.

К счастью, у Кнопки только сильное растяжение. Ей чем-то мазюкают и бинтуют ногу, мне дают рекомендации, а я опоздал на сделку на пять минут.

Глаза и лица собравшихся надо было фотографировать для истории или инета, когда я вошёл в зал для совещания с ребёнком на руках, но оставить её на попечение неизвестного мне секретаря я тоже не мог.

Ответственность за чужого ребёнка давила на мою голову как стокилограммовая плита.

Усадил Эвелину чуть в отдалении от стола с книжкой, что купили в клинике, пока ждали результаты снимков.