Физрук

— Мы же не можем изолировать нормальных, ни в чем не повинных пацанов от их родителей… Каким бы они ни были…

— Я понимаю, — кивнула Веретенникова. — Да вот мне-то что делать — вы не можете, милиция не может, профком не может, депутат горсовета тоже не может, а я — могу⁈

— А где он сейчас?

— Кто?

— Муж ваш?

— Да где ему быть! — едва не выкрикнула она. — У пивной, небось, ошивается… Денег нет, так попрошайничает…

— А пивная где?

— Да здесь, за углом.

Я поднялся, пробормотал:

— Я сейчас!.. Антонина Павловна, поговорите пока с Лидией Антоновной…

Выйдя из подъезда, я повернул в том направлении, куда вела наиболее утоптанная тропинка.

— Мужики, который тут Веретенников? — спросил я.

От толпы нехотя отделился хмурый, небритый мужик в стоптанных унтах, ватнике и шапке-ушанке.

— Ну — я, — буркнул он. — Чё те надоть?

— Я учитель твоего сына, — сказал я.

— А-а, ну и чё?.. Набедокурил?..

— Да нет. У парня все нормально, а вот с его папашей надо решать…

— С каким еще папашей? — тупо удивился Веретенников-старший. — Погодь!.. Со мной чтоль?..

— Вот и я о том, — подтвердил я. — Ты же только из ЛТП! И снова — в рыгаловку побежал!

— Эта хто… Эта Лидка накапала?.

— Слушай, алконавт! — проговорил я, аккуратно беря его за кадык и чуть-чуть стискивая. — Если завтра не работу не устроишься, если с бухлом не завяжешь, если хоть пальцем тронешь жену или сына, я тебя раздавлю!

Он заперхал, задергался, но возразить не посмел. И я отпустил его горло."

"— Так его, попрошайку! — послышались голоса из толпы. — Достал уже, канючить… Денег нет, нехрен бухать… Еще и сигареты стреляет.

— Пошли! — сказал я Юркиному папаше.

— Куды? — струхнул он.

— На кудыкину гору… Домой пошли! Умоешься, побреешься, приведешь себя в порядок, покаешься перед женой и попробуешь начать новую жизнь.

— Да ты не охренел? — пробормотал Веретенников-старший. — Ты хто такой ваще?..

— Учитель… Но меры могу принять жесткие.

Я ткнул легонько его в печень локотком. Тот закашлялся и примирительно пробурчал:

— А я — чё?.. Я ничё… Я только пивка хотел, трубы горят…

— Пиво у нас только членам профсоюза.