Физрук

Хорошее чувство… Наташа одернула халатик и поправила волосы.

— Посмотри, — прошептала она. — Губы сильно размазаны?

— Помады нет, — констатировал я. — Теперь нет.

Он отперла дверь, там стояла еще одна медсестра, что-то сказала Кротовой, та закивала и вновь захлопнула дверь.

— Мне надо идти, — с тоской в голосе, будто мы прощались навсегда проговорила она.

Я располовинил гостинцы. Действительно, много хапнул, на двоих тут с лихвой хватит:

— Это отнесешь раненой, а остальное заберешь домой.

— Нет, лучше ты унеси себе домой, а я вечером заскочу и заберу, — улыбнулась Наташа. — Если ты, конечно, не против.

— Не против. Заодно посмотришь, как там Серега.

— Ну вот и договорились.

Взяв пакет с апельсинами и прочем, я покинул сестринскую и направился к тринадцатой палате. И буквально нос к носу столкнулся с Рогоносцем. Он как раз выходил из палаты. Увидев меня, Сильва по-бабьи поджал губы и поспешил прочь. Я презрительно хмыкнул и вошел в палату.

Она оказалась одноместной. Раненному инспектору по делам несовершеннолетних оказали невиданный в условиях советской медицины почет. Я, правда, тоже один лежал, но то было лишь случайностью.

— Привет! — сказал я. — Как ты себя чувствуешь?

— Здравствуй, Саша! — откликнулась Лиля. — Спасибо! Уже лучше.

— Это тебе, — улыбался я, выкладывая на тумбочку пакет. — Витаминчики для укрепления иммунитета.

— Спасибо, Саша!

— Извини, может это не мое дело, но чего от тебя хотел этот подонок Киреев?

— Хотел, чтобы я дала показания следователю, что сама во всем виновата.

— Вот урод!.. Надеюсь, ты отказалась?..

— Как офицер, я обязана дать объективные показания… И как старший по званию отвечаю не только за свои действия, но и за действия старшины Сидорова.

— Ладно, Лиля, ты сейчас, главное, выздоравливай, — сказал я. — Я побегу, у меня урок. На днях еще навещу, хорошо?

— Конечно. Буду ждать.

Я наклонился, поцеловал ее в щеку и покинул палату.

Таксист все еще ждал меня, но как выяснилось — не только он. Неподалеку, возле своего авто, маячил Рогоносец. Увидев, как я выхожу с больничного двора, он двинулся мне наперерез. Мне стало интересно, что будет дальше? На Кирееве была форменная шинель. Видать, та самая, в которой он валялся на бетонном полу в главном корпусе недостроенного мясокомбината. Женушка отчистила? Ну-ну… Капитан приблизился, откозырял.