Физрук

Увидев нас, «королева» и глазом не моргнула. Скорчила плаксивую рожу и протянула грязную лапу с ногтями, покрытыми облезлым маникюром.

— Помогите калеке, добрые люди! — прошепелявила она, приближаясь вплотную.

Нажав кнопку диктофона, я спросил:

— Тебя отпустили?

— Конечно. Я же ни в чем не виновата, — ответила Кривошеина и покосилась на Машу.

— Милая, — обратился я к той. — Ты пойди, погуляй пока…

Вершкова угрюмо кивнула и отошла в сторонку.

— Спелись-таки, голубки, — хмыкнула Эсмеральда.

— А ведь ты врешь, — сказал я ей.

— А тебе что, твои дружки из мусарни докладывают?

— Дура ты! Твои портреты по всему городу расклеены. С описаниями. Думаешь, этот твой маскарад кого-то сможет обмануть?

— Ну так давай, зови мусоров! Глядишь, в газетке пропечатают — пионер-герой…

— Нужна ты мне… — отмахнулся я. — Думаешь, не знаю, зачем ты из берлоги вылезла?..

— Тебя, стукача, повидать захотелось.

— Кассета тебе нужна и записная книжка!

— Чё, телефончик свой черкнуть хочешь?..

— Слушай сюда… — сказал я ей.

— Да откуда тебе знать? Уголовка или гэбэ подсказали?

— Так я же сам и привез эти штучки-дрючки, а ты у меня их из чемодана стырила.

— Понятно теперь, кто на меня гэбэ навел…

— Не о том печалишься, подруга… Давай по-деловому. Тебе нужны эти хреновины, а мне — деньги! Достанешь шуршунчики, будет тебе кассета и книжка…

— Да где же я тебе их достану? Сама вишь побираюсь.

"— У Керна своего, иностранца… Его же отпустили, сам видел. Вот и передай ему, хочет получить всю эту ученую хрень, пусть подгонит три тысячи долларов!.. Можно и в рублях, но не по советскому курсу — девяносто копеек за доллар, а по рынку. Поняла?

— Да ты не охренел⁈

— Мне постового позвать?

— А я что с этого буду иметь?

— Не знаю. Я свою цену назвал.

— Ладно, поняла… Давай, через три дня встретимся где-нибудь в укромном месте?

— Завтра!

— Ладно! Только ночью.

— Напугала ежа голой жопой, — хмыкнул я. — Кто еще кому отрежет.

— Твоего ежа я бы попугала, за милую душу…

— Ладно, ты бабки приноси, а там может и попугаем друг дружку.

— Жду завтра, в двенадцать ночи.

— Покедова! — сказал я и отключил диктофон.