Физрук

Ну не доцента же Цыпкина! Может, какого-нибудь гэбэшника, метра два ростом и с мышцой, как у Шварценеггера? Пока я так гадал, Телегина придвинулась ко мне поближе. Халат на ее груди распахнулся. Та-ак, понятно, кого она до сих пор не встречала…

— Извини, я женат! — мягко сообщил я ей.

Оля чуть отшатнулась, запахнула халат.

— Я ничего такого не имела в виду, — пробормотала она. — Ты меня не так понял.

— Извини.

— Что же мне так не везет?.. — с тоскою простонала Телегина. — Как попадется хороший парень, или женатиком окажется, или…

Она осеклась.

Спрятавшись в ванной, пустил из крана холодную воду, набрал ее в ладони и плеснул в лицо, а затем — еще и еще. Струйки воды стекали по подбородку и попадали за воротник футболки.

Утром мы с Олей завтракали, как ни в чем не бывало. Правда, я заметил набрякшие у нее под глазами мешки. Неужто — рыдала? Беда с ними, с бабами. Чтобы отвлечь ее от печальных размышлений и не задавшейся личной жизни, я спросил:

— Оля, а как мне узнать номер телефона Всесоюзной комиссии по работе с кинолюбителями, при правлении Союза кинематографистов СССР?

— Сейчас позвоню в Управление и узнаю, — ответила она.

Минут через пять номер уже был у меня. Я взял трубку телефона и набрал семь цифр.

— Комиссия по работе с кинолюбителями слушает, — откликнулся строгий женский голос.

— Девушка, здравствуйте! Подскажите, пожалуйста, как мне узнать, принят ли на конкурс фильм?

— Кто подавал заявку? — спросила секретарь.

— Коллектив школы номер двадцать два, города Литейска.

— Минуточку, я посмотрю…

Минут пять я слушал в трубке, как она шелестит бумажками и уже перестал надеяться на ответ, как вдруг секретарь спросила:

— Как называется ваш фильм?

— «Алька и Три мушкетера».

— Да, он принят в основную конкурсную программу. Официальное уведомление будет вам выслано.

— Благодарю вас.

Я положил трубку.

— Ты кино снимаешь? — спросила Телегина.

— Мы снимаем, — уточнил я. — Детская киностудия при Доме Пионеров.

— В школе преподаешь, любительское кино снимаешь, — проговорила Оля. — Нам помогаешь… Жаль, что таких как ты мало.

— Каких таких?

— Неравнодушных, — ответила она.