Возвышение Меркурия. Книга 10

Только вот не Дарья там была. Хотя в одном ты прав — виновник тоже вовсе не Даниил. Он лишь пешка в большой игре. Безусловно, считающая себя важной фигурой, как и подобает всем пешкам. Но на самом деле, от него мало что зависит.

Судя по виду большинства патрициев, услышать сравнение одного из Рюриковичей с пешкой, они никак не ожидали. Даже Голицын чуть поменялся в лице и переглянулся с Трубецким. Я же ещё раз убедился в странности смертных. Они стояли на грани смертного боя и слушали речь про возможное уничтожение родов, но патрициев всё ещё волновал этикет.

— Тот, кто управляет Даниилом, имеет куда большие планы, чем контроль над Российской империей. Мы столкнулись с его слугой в Польше. Во время сражения за Данциг. Я могу побиться об заклад, поставив все свои владения в том самом Данциге, что твоих родичей убил точно такой же слуга, принявший облик Дарьи.

Урусов на момент замер и чуть склонив голову, разглядывал меня. Глаза смотрели с выражением дикого волка, а черты лица закаменели.

— Красивые байки, граф. Но с чего ты взял, что я тебе поверю?

Оболенский наблюдал за нашей беседой с абсолютно невозмутимым видом, но призывать кавалергарда в свидетели, не стоило. Это я знал, что гомункул способен принимать любой облик и имитировать энергетический фон или ауру. Если быть более точным — на какое-то время он мог принимать облик того или иного человека, либо представителя древней расы. Полностью копируя и его энергоструктуру. Имелось только одно серьёзное ограничение — это создание не могло воспользоваться Даром той сущности, которую изображало.

Точно такая же ситуация с аурой — гомункул мог скопировать её и использовать. Но если у «оригинала», аура могла сокрушать и уничтожать, то в случае с копией, лишь излучала такой же фон и больше ничего не делала.

Проблема тут имелась только одна — кавалергард хоть и понял тогда, что мы столкнулись с кем-то довольно странным, но вот о специфике этого врага ничего не знал.

На момент я задумался. В качестве основного козыря, предполагалось использовать Анну Потоцкую. Дева была связана клятвой, которая вступила бы в конфликт с печатью истины, а потому с ней пришлось плотно поработать сразу после нашего прибытия сюда.