Его маленький чертёнок

– Так что же тогда не вернул? Отпустил? Наблюдал? Как за рыбкой в аквариуме, смотрел, как скоро мне надоест биться в стеклянные стены?

– Дал возможность перебеситься.

– Считай, что я все еще бешусь. Я хочу жить своей жизнью сама! Без твоих договорных браков, упреков и указок: куда мне идти и с кем дружить, ясно?! Забудь про брак с Сергеем. Его не будет. Оставь. Меня. В покое.

Отец усмехнулся. Я попятилась, упираясь попой в подоконники, и только сейчас обратила внимание на зажатую в его руке темную папку.

– Предлагаю уговор.

– Ч-что? – растерялась я от такой резкой смены в настроении нашего яростного диалога.

Пульс зашкаливал, кровь бухала в висках, а ладони мои вцепились в подол платья. Было чувство, будто я загнанная в угол мышь, которая лихорадочно искала глазами лазейку, чтобы сбежать. Ко всему этому убивала мысль, что мы опаздываем к началу мероприятия в отеле, и Демьян наверняка уже сходит с ума и нервничает.

Где там Флоренцию с Доминикой носит?!

– Здесь очень важные документы, Анфиса. Нужно, чтобы ты просто подписала.

– С чего бы это?

– Слишком много лишних вопросов. Хочешь свободу? Вот она, – взмахнул папкой отец. – Подписывай, и так уж и быть – живи свою жизнь сама. Обещаю не вмешиваться и не лезть к тебе со своими, – поджал губы, выплюнув недовольно, – указами.

– Ч-что там? – от волнения я, как обычно, начала заикаться, шаря глазами по номеру.

Как бы…"

"И тут глаза зацепились за напольную вазу с декоративными цветами. Один шаг, и я могла бы до нее дотянуться. Дело осложняло платье и каблуки, но это лучше, чем ничего, правда? Ведь вполне очевидно, что просто так отсюда я не выйду. Не выпустит.

– Если не подпишешь, то силой затолкаю в машину и верну домой. Мачеха с сестрами по тебе “ужасно соскучились”, – словно мысли мои прочитав, ехидно улыбнулся отец.

– Что за документы?

– Какая тебе разница, – рыкнул отец. – Две закорючки, и можешь быть свободна. Мне такие испорченные гены рядом не нужны.

Вот, значит, как?!

Гены испорченные?!

Я вспыхнула вмиг. Как факел! Рассвирепела и не сдержала горькой усмешки.

– Ничего я не буду подписывать! – практически выплюнула отцу в лицо, – я не собираюсь играть в твои грязные игры, – бросила, сверля его яростным взглядом.