Его маленький чертёнок

Но я просто ухмыльнулась и, больше не говоря ни слова, вышла из тесной каморки, в которой с каждой секундой желание придушить эту холеную курицу возрастало в разы.

Правда, сама курица вылетела следом, бросив мне в спину:

– Убирайся из отеля, Ветрова! Уйди по-хорошему, или тебя выставит охрана!

Истеричка."

"Я проигнорировала ее выпад. Только шагу прибавила. Понеслась на всех парах на стойку регистрации, планируя получить ключ-карту и успеть попасть в номер Демьяна или Фло. Хотя бы, на крайний случай, позвонить кому-то из них по внутреннему номеру.

Уже на полпути сообразила, что свой мобильник так опрометчиво оставила в подсобке, но возвращаться времени не было. Каждая секунда играла против меня.

Я надеялась до последнего. Но...

Эта стерва была шустрой. Я только подлетела к ресепшену, как у меня за спиной нарисовалась растерянная охрана. Два широкоплечих парня, которые вот уже год со мной каждое утро здороваются.

Ребята предельно вежливо, видно, что им было крайне неловко, попросили меня покинуть отель на своих двоих, иначе у них есть приказ от руководства выставить меня силой.

А я бесилась!

Топнула ногой и выжгла взглядом до кучки пепла стоящих неподалеку победно улыбающуюся бывшую пассию Демьяна и управляющего отелем, который этот “приказ” и отдал.

Меня трясло. Подбрасывало на месте и хотелось кричать. Рвать глотку! Хотелось устроить истерику. Рыдать! Было неудобно, горько и больно, что со мной поступили вот так.

Схватив свой рюкзак и куртку из рук одного из охранников, я вылетела из отеля, уносясь оттуда, будучи униженной хуже некуда.

Демьян

– Что ж, я тебя понял, Демьян. Это твое право, и насильно навязывать тебе брак с моей дочерью я не буду. Жаль, конечно, из вас получился бы хороший союз, но это жизнь.

Именно так закончился наш с отцом Кэм разговор.

За это я всегда ее отца с братом и уважал. Бизнес бизнесом, а личная жизнь – территория запретная. Камилла, как выяснилось, этого не понимала. Будучи единственной и избалованной девчонкой в их семье. Но Денис Валерьевич обещал, что со своей дочерью побеседует сам, дабы она не наворотила дел, о которых потом обязательно будет жалеть.