Его маленький чертёнок

Только теперь я в полной мере понимала, что такое поцелуй, когда крышу сносит. Когда внутри все сладко ноет, и нервы будто струны, на которых опытный мужчина умело играет своими решительными движениям, разгоняя жгучую лаву по венам. Теперь я знаю,  каково это, когда кожу щекочет от волнения. Когда все естество тянется к нему, и все тело моментально отзывается на каждое, даже мимолетное касание его рук и губ.

В моей жизни были всего одни отношения. Но я не испытывала с первым молодым человеком и сотой доли того, что творилось внутри меня сейчас.

До этой ночи. До этой встречи и до этого момента.

Мне казалось, будто я сейчас взорвусь от нежности. Растаю, как кубик льда на солнце, в объятиях Демьяна. И ощущение это усилилось, когда он подхватил меня на руки. Легко, будто пушинку. Заставляя обвить ногами его бедра, ощутить силу его желания и тихонько застонать от болезненного спазма в низу живота.

Не разрывая поцелуя, Демьян потащил меня прямо по коридору.

– Тише, – хохотала я тихонько, – ребенка разбудим, – чувствуя себя в этот момент нашкодившим сорванцом. А губы Нагорного уже спустились на мой подбородок. Он так же тихо смеялся в ответ, своим низким шепотом, и с каждым звуком внутри все замирало от вибраций его рокочущего голоса.

Практически на ощупь мы добрели, спотыкаясь и путаясь в конечностях до гостиной. И чуть  туда не завернули.

– Ника. Там Ника. Туда нельзя!

Нам пришлось ввалиться в следующую дверь. Это была кухня. А уже в следующее мгновение меня усадили пятой точкой на кухонный гарнитур, а губы Демьяна начали прокладывать дорожку из поцелуев к шее. Ниже и ниже. Щекоча, распаляя, заводя внутри самые сладкие и порочные желания.

Руки его задрали край моей футболки, вызывая дрожь от касания кожи к коже.

Я уперлась затылком в стену, предоставляя мужчине больше простора для поцелуев.

Что мы творим?!

У нас за стеной ребенок и…

Новое движение ловких пальцев, касание подушечек соска и…

Что я там говорила?

Спина выгнулась, поддавшись на ласку.

Сладко.