Двойник короля 13

Ольга шла совершенно по-другому — уверенно, без прежней скромности и застенчивости. Спина прямая, подбородок приподнят, в глазах — стальная решительность. При этом сама походка стала более женственной, бёдра покачивались в такт шагам.

Это была уже не та робкая алхимичка, которая краснела от каждого комплимента. Передо мной стояла женщина, знающая себе цену и не боящаяся этого показать.

— Позвольте ехать с вами, — сказала она, подойдя ближе. — Я буду следить за вашим состоянием в дороге.

Голос тоже изменился — стал увереннее, с лёгкими хрипотцой, которая добавляла ему чувственности.

— Разве это необходимо? — поднял бровь.

— Конечно, — кивнула она, и я заметил, как свет фонарей играет на её волосах. — После таких ранений организм ещё слаб, вам может понадобиться медицинская помощь. Кто лучше меня знает свойства всех зелий, которые мы везём?

В её голосе звучала профессиональная забота, но что-то подсказывало: это далеко не единственная причина. Мой взгляд задержался на лице Ольги.

— Хорошо, — согласился. — Садись.

Мы устроились в машине. Салон был просторным, кожаные сиденья мягкие и удобные. Ольга села рядом, её бедро едва касалось моего через ткань платья. Аромат духов заполнил замкнутое пространство — лёгкий, цветочный, но с какой-то новой нотой уверенности и зрелости.

— Можно трогаться! — крикнул водителю.

Ворота особняка распахнулись с металлическим лязгом, и наша колонна двинулась в путь.

Колёса застучали по брусчатке, затем по грунтовой дороге. За окнами замелькали знакомые пейзажи — поля, леса, редкие деревушки. Не заметил, как вечер окутал землю плотным покрывалом, и только фары машин прорезали тьму узкими лучами.

Ехали молча. Я думал о предстоящей встрече с Булкиным, прикидывал, как лучше провести разговор.

Девушка изучала меня с каким-то новым интересом. Её взгляд скользил по моему лицу, задерживался на руках, опускался ниже. В её глазах читалось что-то, чего раньше не было. Осознанное желание женщины, которая точно знает, чего хочет.

— Павел Александрович, — нарушила она тишину, когда мы выехали на прямой участок дороги.