Двери во Тьме

Ладно, в любом случае времени впереди много, успею еще решить.

Тут Иван с задумчивым видом потянул выпавшую дверь на себя, явно желая испытать запорное устройство. Я дернулся, ударился макушкой о низкий потолок, а потом рванулся вперед и заорал:

– Не-не-не! Это уже без меня, на хрен такие эксперименты.

Иван, словно до него неожиданно дошло, испуганно выпустил из рук тяжелую деревянную створку, и она опять с глухим стуком упала на песок. Ну вот, особо и хранить секрет не придется.

– Вань, а ты точно знаешь, куда нас унесет?

– Не, не точно, – довольно-таки испуганно ответил тот и быстро выскочил наружу.

Обошли вокруг сарайчика, сопровождаемые лучом прожектора с борта катера, нашли следы стоянки, если так можно назвать пару брошенных вещмешков и пулемет немецкий, МГ-42 с запасом патронов. То есть похоже, что и вправду ушли: пулемет просто так никто не бросит. А «пошли» налегке, с тем, что в руках. Мы лишь переглянулись с пониманием.

Больше не нашли там ничего, даже следов на песке. Ветра здесь, к слову, не было, так что все следы сохранились, может, даже и навечно.

– Все, уходим? – оживился Федька, а когда получил от Ивана положительный ответ, то даже запел что-то про себя от радости.

Мы с Иваном оттолкнули катер от берега, заскочили на борт, а потом бросились в рубку, под крышу – хоть под какое-то прикрытие, а то клубящаяся чернота над головой так на нервы действовала, что передать невозможно. Двигатель солидно и басовито забормотал, за кормой вскипел бурун, и катер начал разворачиваться по течению.

По течению двигались заметно быстрее, и когда крылья Тьмы над головой разошлись в стороны, открывая низкое, серое, но все же настоящее небо, все вдруг разорались, начали бить друг друга по плечам и обниматься. Вышли! Выбрались! Целыми и живыми, одним куском, как говорится. И пусть кто-нибудь попробует сказать, что мы задание не выполнили. А заодно… а заодно мы узнали. Лично мне на сто процентов понятно, что выход отсюда есть.

– Блин, в городе напьюсь, – сказал Федька, стягивая вязанку с мокрых от пота волос. – Как свинья, в дрова.

– Я тебя понимаю, – кивнул Иван, до сих пор дышащий так, словно кросс пробежал, и, достав из кармана плоскую самодельную фляжку, протянул ее Федьке: – На, глотни.