Дикий зверь

Арпад, чувствуя, что настал момент истины, решил пойти ва-банк и негодующе спросил:

— Можно узнать, по какому праву вы прослушиваете мои телефонные разговоры? Я, наконец, хочу знать, почему меня здесь держат.

Ответить Марион было нечего. Она просто сказала:

— Посидите здесь, я сейчас.

Она вышла и направилась в соседнюю комнату, где прокурор с полицейскими, в том числе с Грегом, следили за ходом допроса.

— У него на все готов ответ, — сказал прокурор. — Мне нечего ему предъявить. Ведь даже налет не состоялся.

— Он нас водит за нос! — в отчаянии вскричал Грег. — Я уверен, что на записи голос Карраля, а не какого-то друга-эстонца!

— У нас нет никакой возможности идентифицировать этот голос, — напомнил прокурор. — Может, у вас тут Карраль есть под рукой? А главное, сколько раз вам говорить, что никакого налета не было? Спасибо за наводку!

Грег весь извелся. Ему хотелось орать, выплеснуть все, что ему известно. Что он установил камеру в спальне Браунов и еще позавчера засек разговор Арпада и, вероятно, Хищника насчет налета.

Он вспомнил про второй телефон, запрятанный под плинтус в спальне Браунов. Он видел, как Арпад дважды говорил по нему с Хищником.

— Надо провести обыск у Браунов! — Вопль Грега застал всех врасплох."

"В свете разговора между прокурором и следователями предложение выглядело особенно неуместным.

— Нельзя проводить обыск без судебного решения, — напомнил прокурор.

— Надо найти зацепку, — не задумываясь, ответил Грег.

— Но у нас ничего нет! — взвился прокурор. — Мы сели в лужу по всем статьям, выставили себя на посмешище. Сколько времени и ресурсов потратили на это дело.

Арпад в комнате для допросов вспоминал последний совет Софи: «Если тебя спросят про телефон под плинтусом, говори, что он для тех твоих клиентов в банке, которые скрыли от налоговой часть доходов и боялись, что обычные звонки прослушиваются».

Инспектриса не упоминала спрятанный телефон, но эти слова Софи не давали ему покоя.