Дискорама

В это время в палату вошла завотделением. Теперь Ферлин смотрел на нее во все глаза, недаром боевой капитан имитировал ее походку.

— Что скажете, коллега? — не оборачиваясь, произнес главврач.

— Он идет на поправку, сэр, — сказала капитан медицинской службы и, обойдя главврача, села на койку Ферлина.

— Прилягте, больной, — сказала она и легонько толкнула Ферлина в грудь. Пришлось лечь.

В палату вошли еще две медсестры, ничуть не хуже завотделением. В руках у них были планшеты, куда они заносили каждое слово главврача и завотделением.

— Видите хорошо? — спросила завотделением.

— Да, мэм. Вас я вижу хорошо, — признался Ферлин, чувствуя, как ее взгляд припечатывает его к подушке.

— А как у вас с аппетитом?

— Все ем, мэм. Пару раз спускался в буфет…

— Чего не хватает?

— Так прямо не скажешь, мэм. Первый раз купил лимон и сразу съел, а в другой раз — шоколадку.

— Хорошо, пациент. Вы идете на поправку.

— Как у него с основной физиологией, Эванжелиста? — задал вопрос главврач.

Ферлин и подумать не мог, что все случится так быстро.

— Физиология в норме! — сообщила завотделением, высвобождая руку.

— О, мэм! — простонал Ферлин. — Это так неожиданно!

— Всего лишь проверка, приятель. Завтра в одиннадцать выписка, а сегодня в двадцать один ноль-ноль заключительный тест. Не задерживайся там на ужине.

— Да, мэм, конечно! — пообещал Ферлин, после чего вся бригада дружно покинула помещение, дверь захлопнулась и в палате воцарилась тишина.

— Что это было, так вас разэдак? — спросил он, ни к кому не обращаясь.

Вдруг дверь снова открылась и показался вездесущий санитар:

— Через десять минут завтрак! Не забыл?

— Не забыл, — ответил Ферлин, переводя дух. Санитар ушел, а Ферлину подумалось, что он устал от этого госпиталя, хотя все здесь было приспособлено для комфортного пребывания. Даже одноместная палата.

Потом Ферлин сходил на завтрак, а после него на процедуры — водолечение и массаж.

После ужина Ферлин повалялся в палате, листая журналы, которые в изобилии водились на столах в холлах госпиталя.