Девочка-яд

Уж не знаю, как там пойдет, но вполне себе может быть, что эта, как ты говоришь, курочка захочет из тебя сделать петушка. Так что готовься.

– Да что ты такое бормочешь там, Аверин?

Ветров тут же хлопнул рукой по столу и рассмеялся.

– Ян, ты выражайся чуть проще. Не видишь, что ли, Данилка у нас слегка природой обиженный? Одна извилина от уха до уха, чтобы уши не отвалились, да и та пунктиром. Да, Данилка?

И вот тут стоп-краны сорвало! Бинго!

Шахов на Ветрова кинулся первым, четким хуком впечатывая кулак ему в правую скулу одновременно со смачным матерным словом.

"И вот тут был мой выход, так как на помощь Шахову из-за соседней зоны прилетел его преданный друг Влад Ярский. И пошел замес. Девки визжали как резаные, а у меня внутри аж пело все, так здорово было спустить свое внутреннее напряжение здесь и сейчас.

– Шакал, – выплюнул я и кинулся на все возрастающую подмогу Шахова.

Мощный удар в челюсть от меня и мне в живот в ответ, но я даже боли не почувствовал. Скрутил падлу, но на меня тут же кинулся Ярский. Припечатал его с локтя, а со вторым пошел в удушающий. Ну, кто еще, скоты? Правда меня тут же снесли две туши Шахова и Ветрова, что повалились на пол наяривая друг другу от всей души. Здорово, черт возьми! Но продлилось веселье недолго, уже в следующую минуту в нашу разномастную компанию влилась охрана.

Чтоб их черти драли! Но душу мы отвели. Я в голос хохотал, видя, как Ярский отирает кровь с губы, а второй черт потирает шею. Ветров же вообще сыпал в сторону Шахова отборной трехметровой нецензурщиной, а тот его мило полировал в ответ.

– Ты, гнида, ходи и оглядывайся. Понял? – шипел Ромка, пока нас пытались утихомирить.

– Да я твои угрозы на причинном месте вертел, Ромашка, – сплевывал на пол кровь Данил.

– Рассказать тебе, урод, кого я на своем причинном месте вертел? – огрызался в ответ друг, – Сеструху твою старшую! Отвечаю, я до нее доберусь, падла. Я ей такую карусель устрою, Данилка! Запомни мои слова!

– Рот свой поганый закрой. Меня уже тошнит от твоих пустых угроз, чепушило! Дешевки – вот твой предел, запоминай, а не моя сестра.

И вот все в таком же духе, пока нас окончательно не развели по разным комнатам, чтобы мы пришли в себя и успокоились.