Девочка-яд

А она хохочет! И слова рвутся из меня одним сплошным потоком. Этот скандал – как глоток свежего воздуха. А еще – она наконец-то снова была в моих руках.

Да, я врал ей, говорил сущую дичь, что она для меня пустое место, а сам аж весь разложился на атомы рядом с ней. Вот так меня вштырило, ребята. А дальше случилось то, что запустило обратный отсчет.

Я, она и своеобразный стриптиз в тесноте гардеробной комнаты. Вот, где я по-настоящему занемог, ибо вспомнил как это бывает по-настоящему и со вкусом – вспыхивать, видя раздевающуюся девушку.

Я такого не испытывал уже как минимум никогда. Понимаете, о чем я сейчас говорю?"

"И я вам вот еще что скажу, я тогда сам себя испугался. Как ноги из ее комнаты унес до сих пор ума не приложу, но это было не иначе, как гребаное чудо. И прямиком под ледяной душ, пока бы все эти чертовые картинки из моей головы не выветрились. Но куда там? Стоило мне закрыть глаза – стоит. Вся идеальная, точеная и ладненькая как сон. И сглатывать приходится, а потом рычать с досады.

Потому что я, черт ее раздери, не хотел ее хотеть. Ненавидеть – да. Провоцировать – безусловною. Но вот это вот дерьмо мне было не нужно.

Я не был зависим. Ни от кого и никогда. И чертовая сводная никогда исключением не станет. Точка! Я же даже ее на этой почве со своего поводка приспустил, думая, что пусть катится под бок к своему Кирюше, раз ей так в голову втемяшилось. Насрать! Никаких Бали на Новый год рядом с ней. Ничего мне больше от нее не надо! Я даже, грешным делом, где-то там поймал себя на мысли что все, пора завязывать и валить в закат, радуясь своей жизни и свободе.

Не свалил. Но завалился в ее комнату под каким-то надуманным предлогом достать мой номер телефона из бана. Господи, будто бы мне это было действительно важно. П-ф-ф! А вот полежать на ней, окунуться еще раз в ее запах и ядовитую глубину ее глаз – это да, как за здрасьте.

А потом я сам же со всей дури наступил на те самые грабли, что уже один раз офигительно зарядили мне промеж глаз.

Я знал, что мне нельзя ее трогать. Что я в устойчивой ремиссии. Что я все это время даже и не думал сорваться. Но я все равно вернулся в тот самый день домой, зная, что она там совершенно одна. А потом я форменно ошалел от бурного выброса адреналина в кровь.

Яся. В бане. Возможно голая.

Черт, да кто бы на моем месте поступил иначе? Никто – инфа сто процентов.

Вот и я плюнул на все.