Девочка-яд

Так что места есть. Пусть только попробует мне слово гадкое сказать, ноги моей в этом доме больше не будет.

С этой оптимистичной мыслью я и двинула в сторону своей комнаты. Вошла в спальню и заперла дверь на ключ, села на кровать и понуро свесила голову, раздумывая над тем почему именно в это помещение определили меня. Ведь дом реально был огромный. На цокольном этаже располагался бассейн с банным комплексом, небольшой тренажерный зал, который после нашего переезда значительно расширили, винный погреб, бильярдная в большом холле и постирочная, помимо прочих хозяйственных помещений.

Первый этаж вмещал в себя гостиную с кухней-столовой, рабочий кабинет дяди Паши, спальню для гостей, кинозал с баром, теплый гаражный бокс на несколько автомобилей и зимний сад. На втором, самом маленьком за счет террас, этаже располагалась спальня взрослых со всеми вытекающими, спальня Яна и вот, собственно, комната, где теперь разместили меня.

Но ведь можно было обойтись без скандала, переделать под мою персону гостевую спальню на первом этаже.

Но дядя Паша сказал, что здесь всегда была жилая комната, но только последние несколько лет ее переоборудовали в дополнительный спортивный зал под Аверина младшего.

Черт!

И вот во что все это вылилось! И я глупая! Зачем мне нужно было тогда цеплять его на дороге? Позлить хотела, кровь потравить…а оно вон как все повернулось. Отомстила называется – сижу в своей комнате и трясусь как гордая птица–воробышек, от страха сесть с ним завтра в один автомобиль.

Слишком там много воспоминаний. Слишком много тот салон видел того, что хочется стереть из памяти. Все слишком…

Вздохнула, и встала на ноги. Затем проверила, что замок на двери надежно заперт. Обернулась назад и с тоской посмотрела на выход на террасу. Черт, она же у нас одна на двоих. Хоть волком вой теперь!

А ведь я знала, что так рано или поздно случится. Но еще месяц назад я была к этому готова, а теперь-то нет! Запас прочности истончился. Рванула к панорамным окнам и поспешно задернула шторы.

Пусть только сунется сюда, я ему нос отгрызу!

Вот!

Душ и мягкая постель, но сон не идет от слова «совсем». Где-то там, за стеной есть Он. И от этой мысли почему-то где-то в горле забилось сердце. Слишком нервно. Слишком оголтело. Прикрыла ладонями лицо и вздохнула.

Перед глазами только его улыбающееся лицо. В ушах же издевательские слова:

– Грабарки свои от меня убери, я сказала. А то еще, чего доброго, замараешься!

– Было бы обо что.