Чужая жена. Двойная сделка

Ненавижу всю эту резину.

Фирс направляет член, раздвигая складочки, входит медленно, но сразу глубоко, на всю длину. Дыхание сбивается, член большой, Вика инстинктивно сжалась, Альберт остановился, чувствуя это. Ему не хочется ломать девочку, хватит с нее, но чем дольше он будет тянуть и щадить ее, тем будет сложнее приручить к себе.

– Чшшшш…расслабься, расслабь свою девочку, впусти меня. Ну же, будет хорошо, обещаю. Разведи бедра шире, да, вот так. Смотри на меня.

Вика смотрела с широко раскрытыми глазами, не в силах пошевелиться.

– Я еще вчера понял, какие у тебя сладкие губы и ротик, когда трахал тебя в него. У тебя, наверняка,такая же сладкая киска, я потом вылижу ее. Выпью все твои соки.

От слов, что он шептал ей в рот, становилось жарко, голова шла кругом, Вика не понимала, что происходит, член внутри растягивал, давил, проникал так глубоко, что хотелось кричать.

Кожа покрылась испариной, Альберт двигался медленно, чувствуя, какая она горячая и узкая внутри. Яйца, полные спермы, поджались, глубокий толчок, Вика кричит, головка члена упирается в заднюю стенку влагалища. Такого никогда не было раньше, у Антона член меньше, да, ей было хорошо с мужем, но таких ощущений не было никогда.

– Черт, малышка, сука, какая узкая.

Альберт приподнял, подтягивая Вику под бедра наверх, смотрел, как торчат соски девушки, как покраснели щеки, как приоткрыт ее рот, как красные пятна возбуждения покрыли плоский животик.

Так продолжалось несколько минут, но сил сдерживать себя уже не было никаких, головка набухла еще больше, член дернулся, Вика сдерживала стон, кусая свои пальцы. Он начал ласкать клитор, девушка дернулась, стеночки влагалища сжались, она начала кончать, выгибая спину. Альберт уловил момент своего оргазма, вынул член, сжал рукой, прохрипел, выплескивая потоки спермы на раскрытое, влажное, еще пульсирующее лоно девушки и живот.

Сперма стекала по стволу в руке, он начал размазывать ее пальцами по половым губам и клитору.

Вика тогда закрыла глаза ладонями, поворачиваясь на бок, не хотела, чтоб ее видели, это все неправильно, этого не должно было быть. Но она реально кончила, да так сильно, как не кончала никогда. Тело все еще тряслось, внизу живота растекался жар, а в душе стыд.