Чужой своим не станет

Постоишь тут малость, на паперти, насобираешь на табачок. К водке я равнодушен, а вот табачок – это мое!

К черту сомнения: юродивого надо арестовать, это и есть немецкий агент! Ох, и разыграл! Вот он, настоящий театр! Романцев уже поднял руку, чтобы подать сигнал, как вдруг услышал пронзительный бабий возглас:

– Прошка, ты опять к людям пристаешь?! А ну, пошли домой!

– Да иду я, иду, – проворчал юродивый и, вернув коробок капитану, заторопился к бабе, стоявшей у церковной ограды.

Проходившая мимо женщина, повязанная темным платком, неожиданно остановилась рядом с Романцевым.

– Ты на него не обижайся. Его семью немцы сожгли, пока он партизанил. Вот с того раза малость и не в себе. Прибился к одной женщине, она за ним присматривает. Вот так и живут. Оно и слава богу!

И, не дожидаясь ответа, зашагала дальше.

Служба закончилась. Из церкви понемногу стали выходить люди. Небольшой церковный дворик быстро наполнился народом. Расходиться по домам не спешили: делились впечатлениями, разговаривали.

– А может, и меня угостишь табачком, товарищ капитан, – услышал Тимофей знакомый голос майора Пичугина, начальника медицинской службы, своего соседа по блиндажу.

– Пожалуйста, – протянул кисет Тимофей, – только на всех табачка не напасешься.

– А «Беломора» у тебя не найдется?

– Искурил. Берите то, что есть. Дедовский самосад, если устроит.

Майор Пичугин взял кисет.

– Благодарствую. Вполне устроит, мне все равно, главное, чтобы дымило хорошо. Мне бы еще спички.

Романцев полез в карман.

– Возьмите.

– Ого, какие! – Увидев начерченные восьмерки, утвердительно кивнул. – Знакомые циферки. Предполагаю, я даже знаю, кто их нарисовал… Ты знаешь, что они означают?

– Просветите.

– Три восьмерки означают борьбу с силами зла и хаоса. А человек, начертивший эти цифры, считает себя ангелом-хранителем. И с кем же это ты борешься, товарищ капитан?

– У меня другая трактовка, – возразил Тимофей. – Знаю, что по христианской эзотерике три восьмерки означают любовь.

– Все так… Любовь тоже… Теперь не сомневаюсь, что передо мной тот человек, которого я жду… Не ожидал здесь своего соседа увидеть.

– Была такая мысль. Но агент должен быть в форме офицера Красной армии.

– В нашем деле всякое бывает.