Чужая дочь

«Дикая какая-то, – с презрением подумала Маргарита. – От людей шарахается! Не потому ли ее Шульгин спровадил?»

Честно говоря, Егорыч при виде поварихи тоже онемел.

Понятно, почему! Такое невзрачное создание – в доме его начальника?! Товарища подполковника?! Директора завода?!

А Маргарита что говорила мужу?!

– Вот, Егорыч, – сообщил между тем Говоров, – у нас новый человек. Знакомьтесь.

Егорыч выдавил что-то нечленораздельное.

– Это наша новая кухарка, – сообщила Маргарита, искренне веселясь при виде его изумленного лица.

С языка так и рвалось: «Ужас какой-то, правда, Егорыч?» – но, конечно, она ничего такого себе не позволила, а только милостиво кивнула прислуге:

– Спасибо, вы свободны.

Егорыч проводил Тасю ошалелым взглядом.

«Ха, а уж не влюбился ли он в эту серую мышь? – подумала Маргарита. – Вот смех! Да еще с первого взгляда! Вон, Говоров окликает его, а тот и не слышит, вслед Таське пялится! А что, чем плохая пара – кухарка и шофер? Вроде как свинарка и пастух!»

Маргарита едва сдержала хохот.

– Егорыч! – снова позвал Говоров.

Водитель растерянно оглянулся.

– Ты как, с дороги не устал? А то мне в город надо, – сказал Говоров.

– Э-э… – протянул Егорыч – и наконец очнулся: – Так считайте, я уже в машине, Михаил Иванович!

И ринулся в дверь.

– Ага, – одобрительно отозвался Говоров. – Все правильно понял.

– А я вот не поняла! – Маргарита встала в дверях, загораживая мужу путь. – Куда это ты на ночь глядя?"

"– Производственная необходимость, – пожал плечами Михаил.

Маргарита радостно улыбнулась. И все же ей было сейчас мало даже известия о сыне.

Говоров положил ей руку на плечо, смотрит в глаза… Сейчас обнимет наконец!

– Ну… – неопределенно промямлил муж, и Маргарита поняла, что он всего-навсего хочет сдвинуть ее с дороги.

Снова как стул!

Но она не сдавалась:

– А поцеловать?

Михаил легонько коснулся ее шелковой щеки.

Ну и что?! Покойников и то горячей целуют!

Маргарита отошла.

Конечно, мужу было неловко. Уже вышел было, но вернулся, промямлил:

– Да… Платье действительно хорошее… – и ринулся прочь.

– Спасибо! – крикнула Маргарита. И пробурчала себе под нос: – Еле выпросила!

Настроение было – хоть на помойку его неси вместе с новым платьем!

Да и шляпу туда же!

* * *«Победа» пробиралась к городу по темной дороге. Говоров на заднем сиденье отводил душу. Та самая мятая-битая фронтовая фляжка по-прежнему была ему верным товарищем.