Чужая дочь

Но дети любят все таинственное и страшное… Вот и Лиля в восторге от тайны, которая окружает дом.

– Ну, – донесся до Говорова скептический голос Кости, – и долго ждать?

– Смотри, смотри! – вдруг закричала Лиля. – Ну вот, видел, видел?

Говоров даже вздрогнул… Что она видит?!

– Смотри, окно открылось, занавеска задрожала! – не унималась Лиля.

– Что? – удивился Костя. – Я ничего не видел!

– Да ну тебя, – обиженно воскликнула Лиля, – неинтересно с тобой играть!

Говоров услышал быстрый топот ее удаляющихся шагов.

Заметила Люлька что-то в самом деле? Или ей мерещится? Или она просто смеется над братом?

Говорову и самому стало смешно. И на душе полегчало. Даже захотелось самому пойти и взглянуть на таинственное окно. А вдруг и он что-нибудь такое… невероятное… разглядит?"

"Но как представил, что столкнется с Маргаритой, встретит ледяную, торжествующую ухмылку на ее лице, – и решил пока остаться в кабинете.

Однако отсидеться не удалось: позвали к столу. В честь возвращения Маргариты и Кости назначен был праздничный обед.

Говоров сел на свое обычное место во главе стола, мельком подметив, что Маргарита опять переоделась. В третий раз.

Эх и красивая у него жена… Только вот отчего глядеть на нее тошно?

А вот сейчас войдет Тася с кастрюлей в руках – и одного взгляда на нее окажется достаточно, чтобы почувствовать себя совершенно счастливым.

Хотя бы ненадолго…

Однако Тася вошла не одна.

– Народ каши просит, а не тут-то было, – сообщил Шульгин. – Мы с Тасенькой такой супчик с крапивой накухарили!

Тася подошла к первому, конечно, к Говорову – главе семьи, и он увидел, как нервно дернулась Маргарита.

Когда Тася наливала суп в ее тарелку, Маргарита дернулась снова и демонстративно отодвинулась от стола, как будто боялась, что суп будет вылит не в тарелку, а на ее платье.

Говоров только головой покачал от такой вопиющей вредности и принялся наливать из графинчика водку в рюмки.

– Витамины! Давай, давай! – балагурил Шульгин, указывая Лиле на тарелку с крапивным супом.

– Мне чуть-чуть! – пискнула Лиля.

Тася с улыбкой налила ей совсем немного.

– Приятного! – шутливо посоветовал Шульгин.

Следующим была очередь Евсея Ильича, потом Кости.

– Бурда диетическая! – буркнул сын.