Что в имени тебе моем... (СИ)

В ответ Михель выпустил на свободу свою Сущность - абсолютное Зло. И пока Светлый старался добраться до маленького сгустка света, заключенного в коконе зла, Зло стремилось задушить свет.

Боже, что творилось в толпе, на террасах. Страшный шум поднялся, все заметались, Зимруд сидел недвижим, не отрывая взгляда от этой невероятной картины, словно если моргнет, у Светлого силы закончатся. Он не подозревал, с какими стихиями столкнулся, и теперь пути назад не было.

Дагон следил за всем с замиранием сердца. Так вот что задумал его светлый друг! Вот что! Душа рвалась помочь Лею, темный горячо молился, чтобы у Светлого все получилось, не замечая, что раскачивается из стороны в сторону и практически не дышит.

Наконец Светлому удалось немного пробить кокон злого и душа Михеля стала пробуждаться, просачиваясь слабыми лучами света. Тогда злой понял, что может так проиграть, его просто изгонят из этого тела, и потянул силу из своих малышек.

Дааааа! Они хоть и крохотные, но теперь злой стал несоизмеримо сильнее!

Невидимая петля зла стянулась на Светлом, который изо всех сил старался вызвать к жизни Михеля-человека.

Дагон взлетел на эшафот одним прыжком, крича во весь голос, как одержимый:

- Лей! Ты погибнешь!

- Я должен! - с трудом смог ответить Светлый.

- Позови меня, Лей! Умоляю, позови! Ты не справишься один!

Светлый уже и говорить-то толком не мог, все силы уходили на то, чтобы не сдаться. И не напрасно, потому что Михель человек действительно пробуждался.

- Лей, позови меня! Лей... Вдвоем мы сильнее... Лей...

- Не хочу... Чтобы ты погиб... - прошипел Светлый сквозь зубы.

- Дурак! Позови! Меня! Позови!

Позвал.

Из Темного мгновенно рванулся мрак, удерживая и сковывая злого, каменея на нем, словно застывающая лава. А Светлый ослепительными лучами вытягивал душу человека на свет. И им удалось. Троим, свету, тьме и человеку. Удалось вытолкнуть злого, когда душа Михеля обрела достаточно сил, чтобы потянуться к Создателю.

Но злой не собирался сдаваться, ему очень нравилось в человеческом теле, так что, он стремился вернуться туда, во что бы то ни стало. Понимая, что зло ломится в него снова, и сил не хватит ему противиться, Михель-человек взмолился:"

"- Господи, прости мне то, что я собираюсь сделать, - и перерезал себе горло от уха до уха тем самым кинжалом, что когда-то подарил Михелю Эзар. Кинжал ему нравился, Михель носил его постоянно.