Чеченец. На разрыв (СИ)

Он смотрит на меня как на еду.

И это шок. Я думала, что он уйдет, удовлетворит свою похоть и просто исчезнет. Оставит меня одну. Или выставит за дверь. Так должно было быть…Но не случилось.

Я не понимаю, как могла провалиться в сон. Помню, как пришла из ванной, он спал поперек кровати. Дверь в номере оказалась закрытой, и я прилегла рядом, на краешке. Плакала и потом уснула.

В голове все смешалось. Мысли о Никите… о Веронике. О том, что они сделали со мной. Мысли о том, что даже если отпустит этот монстр, то идти мне некуда.

Я теперь даже бездомная. И все из-за него. Этого волосатого чудовища с орлиным взглядом и хищными повадками.

Он смотрел очень внимательно, пронзительно. Мне не нравился этот взгляд. Не нравилось, что он все еще голый, не нравилось, что я голая. Зачем он меня оставил? Почему не выгнал. Разве он недостаточно наигрался.

Или…или он хочет еще. От одной мысли об этом мною овладела настоящая паника. Вчера в душе…после секса я трогала свою промежность она вся вспухла, растерлась, болела, словно покрылась мелкими трещинками и внутри болело, меня будто насадили на кувалду.

Невольно бросила взгляд на его член и чуть не закричала. Он стоял. Доставая выше пупка. Огромный, вздыбленный, мощный такой же страшный и испещрённый венами, как и его руки. Вот это не могло вчера во мне поместиться…не могло. Он бы убил меня.

Что если просто встать, одеться и уйти? Может именно это надо было сделать вчера? Только номер закрыт. На ключ.

- Доброе утро, кукла, - сказал он и я вздрогнула от звука его голоса, от акцента с которым он говорил.

- Доброе утро…- тихо ответила я, не зная куда себя деть. Я хотела встать, но ладонь на моем бедре сжалась. Никто не дал мне встать. Меня придавили к кровати. Наверное так давят собаку, указывая ей ее место. А я себя чувствовала именно так. Собакой. Проданной собакой."

"Как же мне хотелось сбежать. Теперь даже в никуда. Теперь даже просто на улицу, под дождь, под снег. Куда угодно только подальше от этого нелюдя, который драл меня ночью.

Безжалостно и долго. Избавиться от его присутствия. Просто сесть на лавку где-то в сквере и рыдать, громко навзрыд. Так чтоб всю трясло. Я хотела поправить и натянуть на себя одеяло, чуть наклонилась вперед, грудь колыхнулась и задела его руку. Это стало триггером. Это буквально взорвало его, и он сцапал меня сразу обеими лапами.

Резко перевернул на живот, вдавил голову в матрас. Подтянул к себе за бедра, ставя меня на четвереньки.