Чеченец. На разрыв (СИ)

Марат слушал его слова с ухмылкой, высокомерно вздернув подбородок. - Марат, пожалуйста, я не мог знать, что она туда пойдет, - говорил Никита, его голос дрожал. - Мы не можем контролировать друг друга, ты ведь понимаешь? Марат лишь фыркнул в ответ, его глаза выражали презрение, как если бы он смотрел на муравья, попавшего в его паутину. - Твоя неспособность управлять своей женой — это слабость, мистер Ничтожество, - насмешливо заметил он. - Ты допускаешь, чтобы твоя женщина делала, что ей вздумается, и потом удивляешься, когда всё выходит из-под контроля.

Мне было трудно поверить, что этот человек…что всего лишь несколько часов назад я его не знала, Боже, можно отмотать время назад? Я бы осталась дома! На его лице была холодная непроницаемая маска жестокости, а в глазах словно горело пламя зловещего костра. Никита продолжал оправдываться, но его слова звучали все слабее и беспомощнее.

- Я…не знал. Она обычно не гуляет. Она…она дома всегда. Я по-прежнему стояла в тени, меня всю трясло. Я не верила, что мой муж мог так унижаться перед Маратом.

Он называл этого человека этим именем. Я молчала…я не знала, что сейчас можно сказать. Меня словно размазали, раскрошили. Никогда не думала, что Никита настолько труслив. - Достаточно… - прервал его Марат, словно обрубая ненужный разговор. - Ты не умеешь держать своих женщин в узде. Пусть эта встряска станет для тебя уроком, который ты никогда не забудешь.

Его ухмылка была как леденящий ветер, пронизывающий мое тело. Он играл с нами, словно кукольным театром, и в этой игре у нас не было выбора.

Он выглядел, как охотник, готовый насладиться своей добычей. - Так что, мистер Ничтожество, - насмешливо произнес Марат, обращаясь к моему мужу, - Я готов заплатить неплохие деньги за твою жену. Хочу чтобы она ублажала меня с твоего согласия. А то ей кажется, что ты будешь возражать.

Глава 11

Мою грудную клетку стиснуло клещами ужаса. Взгляд устремился на Никиту, словно я надеялась увидеть отражение отказа в его глазах. Это предложение было абсурдным, нечеловеческим, и я жаждала, чтобы Никита сказал ""нет"".

Надежда пульсировала внутри меня, словно последний луч света. Пожалуйстаааа…Господи! Пожалуйста! Пусть он откажет! Я больше ни о чем тебя не прошу! Никита поднял взгляд на Марата. На его лице вначале читались возмущение и отвращение, но уже через мгновение в его глазах мелькнула тень сомнения. Как у человека, у которого вдруг задели темную сторону души, о которой, возможно, он и не подозревал до этого момента.