Бутербродный вор

Вдруг он не заметит, что её трогали, и быстро уйдёт из зала?

Борис спрыгнул на пол и сделал всё, как было сказано, а затем уселся и покачал головой.

– Он в порядке? – шепнул Питер Таше.

– По-моему, мой брат всегда так выглядит, – ответила Таша. – Да и вообще сам виноват. Если у Бориса болит голова, что ж, он это заслужил. Нечего было безобразничать. Потом с ним разберёмся. А сейчас давай поможем Бьянке залезть на хвост.

Свист становился громче. Питер и Таша с надеждой посмотрели на белую кошечку.

Голубые глаза Бьянки заносчиво сверкнули, и она прошипела:

– Не понимаю, о чём вы болтаете, но мне ваши идеи совершенно не нравятся!

– Пожалуйста, притворись косточкой, – попросил Питер.

"– И совсем ненадолго, – добавила Таша. – Старик посветит на скелеты фонарём, увидит, что всё на месте, и ты сможешь слезть. А иначе он непременно обнаружит дыру в хвосте!

– Да я же ничуть не похожа на косточку! – возмутилась Бьянка.

– Это только на минутку, – пообещал Питер.

– Нет!

Таша подошла к Бьянке, и сёстры соприкоснулись носиками.

– Конечно, ты вовсе не похожа на косточку, – произнесла Таша. – Ты гораздо красивее. И шёрстка у тебя ярко-белая, блестящая, а не желтоватая. Наверное, у нас и правда ничего не получится, Питер! Старика мы ни за что не убедим. Нам конец. Бьянка не справится с такой сложной ролью!

Питер открыл было рот, чтобы возразить, но Таша незаметно подмигнула котёнку, и он вздохнул.

– О… да, наверное. Ты права. Мы пропали. Я-то думал, Бьянка нас выручит, но даже для неё это слишком.

Малыш покосился на белую кошечку. Вдруг её не тронет очевидная лесть? Но нет, Бьянка прихорашивалась, умывая длинные усы.

– Я – прекрасная актриса, – промурчала она, изящно запрыгивая на постамент. – Пожалуй, стоит попробовать.

Бьянка ловко забралась на хвост тираннозавра и прошлась по нему до проёма между косточками.

– Фу, пахнет мерзко, – прошептала она, но вцепилась когтями в проволоку и выпрямила собственный хвостик, пытаясь принять форму кости.

– Идеально! – заверил её Питер. – Точь-в-точь как косточка. – И поспешно добавил: – Только намного-намного красивее!

– Держись крепче, Бьянка, – попросила Таша. – Старик уже идёт. Борис, Питер! Прячемся!

Котята ускользнули в дальний угол и затаились в тени за огнетушителем. Питер и Таша прижались друг к другу, дрожа от волнения.