Бутербродный вор

Здесь было достаточно уютно, тепло и сухо, да и голодать в музее не приходилось. И старый Айвен разрешил остаться. Но…

Всё-таки он тут чужой. И совсем не походил на других. Ни на умную весёлую Ташу, ни на очаровательную Бьянку… и, конечно, ни на Бориса, который обещал вырасти в самого крупного и свирепого кота, когда-либо жившего в музее, и стать грозой всех крыс и мышей!"

"Питер всхлипнул, тяжело вздохнул и попытался развернуться. В тесном пространстве ему это с трудом удалось. «Может, завтра всё образуется?» – с надеждой подумал котёнок, опуская мордочку на край шкатулки.

– Ты вообще уверен, что ты – кот? – спросил Борис, щекоча длинными усами носик чёрного малыша.

Братик оглянулся на сестёр, ожидая, что они засмеются вместе с ним.

Питер растерянно моргнул:

– О чём ты? Конечно, я кот!

– Да ладно? – фыркнул Борис, явно очень довольный своим чувством юмора. – Уверен? Ты же ничего о себе не знаешь. Вдруг ты на самом деле хорёк? Или крыса! Я видел крыс побольше тебя.

Питер поёжился. Ему приходилось встречать этих грызунов на улице, когда он жил с Корюшем. Их жёлтые зубы и блестящие глазки до сих пор снились ему в кошмарах.

– Не смешно, Борис. Отстань от него, – прошипела Таша. – Может, ты сам – слон? Хватит вредничать!

Питер не разобрал её слов, потому что ещё думал о крысах. Зато он услышал смех Бьянки, высокий и писклявый. К голове котёнка сразу прилил жар: стало вдруг так грустно, обидно и одиноко… Питер опустил ушки, повесил хвост и поплёлся прочь как можно дальше от котят.

– Иди-иди, крысокот! – бросил ему вслед Борис, фырча от хохота.

Питер очень надеялся, что второй день пройдёт лучше первого и ему, в конце концов, удастся стать здесь своим. Но как этого добиться, если ты о себе ничего не знаешь? Остальные коты родились в музее. Они никогда не примут новенького. Куда бы он ни пошёл, повсюду его будут провожать недружелюбным взглядом.

Нет. Он не может остаться.

Питер выскочил из зала. Сейчас ему просто захотелось сбежать, и он, не думая, поспешил куда глаза глядят.

Питер взглянул на жуткую волчицу, и по его спине пробежали мурашки. Зато здесь он мог побыть один и подумать, что делать дальше. Котёнок устроился в тени за витриной с саблезубым тигром и начал неспешно умываться, чтобы немного успокоиться и привести мысли в порядок.