Брошенка

Правда, соблюдать диету, когда ты мама двоих детишек-сладкоежек — нелегко. Да и Слава приходит поздно, а я привыкла ужинать вместе с ним.

— Скажешь тоже… Пару кило всего набрала. Это ты своим требовательным взглядом зацепилась, а муж меня любит такой, какая я есть, — вздёрнула подбородок, победно взирая на Юльку.

— Смотри, мать, пойдёт твой любящий налево и не заметишь, как семейная крепость в руины превратится. Они же такие, сволочи, всё бы им молодую да красивую, а как жена чуть подурнеет, так сразу же в утиль её, а любовницу себе под бочок.

Киселёва — знатная мужененавистница. С тех пор, как ее муженек сбежал куда-то заграницу, оставив Юльку одну с ипотекой и кредитом на машину (на которой он, собственно, и сбежал), она начала презирать всех особей мужского пола, начиная с восемнадцатилетнего возраста.

— Не говори глупостей. Мой Славка никогда меня не предаст. Мы с ним с юных лет вместе. Семья у нас. Он не из тех, кто всё это променяет на какую-то девицу, будь она хоть трижды стройная и распрекрасная.

Юля саркастически хмыкнула, но в дискуссию ударяться не стала, и за то спасибо.

— Ой, ладно! Давай выпьем, что ли? Не виделись целый месяц! Рассказывай, что там у тебя нового?

*****— Ты чего не спишь? — муж сухо чмокнул меня в щеку и со вздохом стащил с себя пальто.

— Ты же знаешь, я не могу уснуть без тебя. Ты сегодня очень долго. Пойдём, я тебя накормлю.

Слава ослабил галстук и, аккуратно отстранив меня, зашел в ванную.

— Я перекусил в офисе. Спать давай лучше.

На мгновение стало обидно. Я тоже устаю. Дети и домашние хлопоты выматывают похлеще бизнеса. Если у Славы сотни подчинённых, то у меня ни одного. Дом на мне, уроки, стирка, глажка, готовка. Разве я не устаю? Но ведь всё равно грею мужу ужин три раза за вечер и жду его до глубокой ночи.

Но тут же себя одёрнула. В конце концов, он старается. И у него хорошо получается обеспечивать семью. А моя задача воспитывать детей. Всё по честному.

Улеглись в постель и я по привычке обняла мужа со спины. Только так могу уснуть и никак по-другому. Если Славы нет рядом, я не прижимаюсь к его горячей, широкой спине, то сон не придёт, сколько бы не провалялась.