Мерзавец

Сейчас модно быть дерзкой и раскованной. Девки уже со школы хамят. И вот несмотря на то, что Анне тридцать два, она девочка. Маленькая, уязвимая, скромная девочка, которую хочется баловать, любить, оберегать и немножко развращать.

— Понятно. Но закон о тишине надо соблюдать, — качает головой.

— Само собой, нам очень стыдно, — ухмыляюсь я, вынимаю портмоне из кармана, достаю купюру, сжимаю в руке и тяну ее сержанту. — Извините за нарушения, предайте старушке спасибо за беспокойство о моей женщине.

Рукопожатие, через которое я передаю сержанту «наши извинения».

— Ну вы постарайтесь потише, по возможности, — тоже ухмыляется, пряча деньги в нагрудный карман.

Открываю ему дверь, выпуская на площадку. Соседка стоит на том же месте, рассматривая злобным взглядом мой голый торс с татухами, словно я исчадье ада. Ей осталось только перекреститься от греха подальше.

Закрываюсь на все замки, оборачиваюсь – Анны нет. Прохожу на кухню, Вишня пьет воду.

— Боже, как стыдно.

— Тебе стыдно за секс? — выгибаю брови.

— Мне стыдно за то, что наш секс слышала половина дома, — немного нервно усмехается. — А теперь о нем знает еще и полиция.

— Может, я открою тебе тайну, но сексом занимаются все. Соседи, сержант и даже эта старушка в свое время тоже отжигала. Секс – это часть жизни, так что… — развожу руками. Подхожу к ней, внаглую забираю стакан, допивая воду, отставляю его, тяну с ее плеч кардиган, сдергиваю, откидывая на стул. Обхватываю бедра Вишенки. — Держись, — поднимаю на руки, вынуждая оплести ногами мой торс и обхватить шею.

— Матвей, — кусает губы, наблюдая, как я стягиваю джинсы. — Соседка у меня не очень в себе, она может вызвать полицию еще раз.

— Патруль на районе обычно один, они не приедут. А если даже так… Оплатим ложный вызов, — подмигиваю ей. Встаю коленями на диван, снова цепляю ее трусики. — Рвать их, что ли, чтобы ты прекратила одеваться, — наигранно рычу, откидывая белье на пол.

— Матвей, — пытается от меня отползти, но я ловлю ее за ноги и тяну к себе.

— Расслабься, моя Вишня, — игриво толкаю на подушки, сгибаю ее ножки в коленях и развожу их в стороны, раскрывая перед собой. — Только попробуй мне тут сдерживаться. Я хочу, чтобы ты сладко звучала, — наклоняюсь, веду губами по внутренней стороне бедра, поднимаю глаза, смотря, как Вишенка эротично прогибается, прикрывая глаза, подрагивая от нетерпения. — Да, вот так.