Мерзавец

Она тоже беременна, примерно месяцев семь. Молоденькая совсем. Не красавица, но милая. Только какая-то забитая, слишком скромная. Встречается со мной взглядом и тут же отворачивается.

— А это моя супруга, Света, — знакомит нас Игорь.

— Очень приятно Света, — киваю и сочувственно улыбаюсь девушке.

— Девушка ваше время, — вежливо сообщает мне медсестра клиники, приглашая на узи. Спешу туда, не прощаясь с Игорем."

"Оглядываюсь на дверь, Матвея нет. Кусаю губы, чтобы не зарыдать. Он обещал мне приехать вовремя, мы должны были вместе узнать пол нашего ребенка и состояние его здоровья.

Я не хочу туда одна. Мне дико страшно, с моими диагнозами у ребенка могут быть патологии. Мне нужен Матвей.

— А можно пропустить и зайти после девушке, — указываю на беременную женщину позади меня.

— Нет, у нас все строго по времени. Записать вас на другой день?

— Нет, я иду, — нервно хватаю сумку, закусываю губы и прохожу в кабинет.

Чувствую себя истеричкой, но никак не могу справиться с гормонами.

— Добрый день, снимаем верх, бюстгальтер можно оставить, штанишки немного приспускаем, — говорит мне врач узи.

— И ложимся на кушетку.

Снимаю тунику, опускаюсь на кушетку, поглаживаю живот, пока женщина что-то пишет. Этот малыш дался нам с Матвеем очень тяжело. Год лечения и еще полтора года неудачных попыток. Я отчаивалась, истерила, опускала руки, а Матвей нет. Он не сдавался и боролся за нас обоих, терпя все мои закидоны и слабости. Мне почему-то казалось, что мальчику это не нужно, ему надоест и он уйдет. Но нет, ничего подобного не случилось.

Потому что я ошибалась… Матвей не мальчик, он мужчина. Настоящий сильный молодой мужчина. Та стена, за которой мне ничего не страшно. Тот мужчина, который все решит, избавит от проблем и всегда будет на моей стороне, даже если я не права. И я очень за это ему благодарна. Благодарна, но сейчас мои гормоны бунтуют, хочется плакать от того, что Матвея нет со мной.

— Итак, гель немного холодный, не пугаемся, — женщина наносит гель мне на живот. — Сейчас посмотрим кто у нас там? Это первое узи?

— Нет, но первое делали в пять недель.

— Хорошо. Значит не знаем кто у нас тут?

— Нет.

Вздрагиваю, когда дверь резко открывается, и в кабинет входит Матвей.

— Молодой человек, выйдите немедленно! — возмущается женщина. — Посторонним нельзя!

— Посторонним может и нельзя, а мне можно, — усмехается Матвей, прикрывая за собой дверь. Мерзавец!

— Это муж, — поясняю я.

— Ну, раз муж, проходите, садитесь рядом, — указывает на стул возле кушетки.