Божий дар

Вечерком, да?

— Это у нас Алла, — пояснила заведующая, закрывая дверь в спальню. — Вот вам доказательство, что не все матери, которые сдают детей в приют, — алкоголички и опустившиеся женщины. Многие просто попали в сложную ситуацию, но изо всех сил пытаются выцарапаться. Алла — приезжая, в Москве — ни прописки, ни жилья. Торгует в овощном киоске, там же, в киоске, и живет. И Татка там тоже жила с матерью. В ларьке, на матраце. Зимой девочка заболела — воспаление легких. Ничего удивительного, ларек-то не отапливается.

Пойдемте, — сказала Инга Оттовна, передавая Татку воспитательнице. — Я вам покажу игровую для старшей группы.

Игровая — большая комната с окнами во всю стену — располагалась в конце коридора. В комнате было человек десять детишек — лет трех-четырех.

Дети сидели на ковре в кружок. Посреди этого кружка стояла воспитательница — дама в белом халате, с гладкой прической и молодыми, ясными глазами — играла с ними в какую-то игру. Бросала мячик, называла слова. Дети смеялись, ловили мяч и бросали его обратно воспитательнице.

Рядом с воспитательницей, уцепившись обеими руками за ее ногу, стоял рыжий вихрастый мальчишка. Щекой он прижимался к ее колену.

Игра закончилась. Воспитательница захлопала в ладоши:

— Ребята! Сейчас мы все берем кубики и строим дом!

Малыши заковыляли в угол, где в огромном ярко-красном ящике лежала гора пластмассовых «кубиков». На самом деле это были никакие не кубики, а детали крепости — кирпичи для стен, зубцы, арки ворот, купола крыш…

Рыжий малыш как стоял, вцепившись в воспитательницу, так и остался.

"— Дима, иди поиграй с ребятами, хорошо? Вот тебе тоже кубики, помоги им строить дом, да? — Она подняла с ковра пластмассовый кирпич и вручила рыжему малышу. Он вроде бы заинтересовался кирпичом, сунул его в рот, попробовал на зуб, повертел в руках, даже повернулся и посмотрел на других детей, которые вовсю строили крепость.