Без стыда

Мне показалось это странным, но я неуверенно зашагала к лифтам, обдумывая, в чем же здесь мог заключаться подвох.

Атмосфера в офисе была прежней. Каждый был увлечен своей работой, не обращая особого внимания на меня. Время тянулось, и я не находила объяснения такой обыденности. Ближе к ланчу Коуман позвал меня в свой кабинет и закрыл за мной дверь.

«Вот оно», – подумала я, присаживаясь на выдвинутый стул."

"– Тэя, ты неважно себя чувствуешь сегодня? – поинтересовался он с неподдельным беспокойством.

– Просто плохо спала, мистер Коуман.

– Не стоит извиняться. У всех бывают бессонные ночи, – он ласково улыбнулся. – Я уже подумал, что ты приболела. И даже успел расстроиться. Но раз все хорошо…

«Вот сейчас. Сейчас он скажет, что нам пора попрощаться. Он просто тактично прощупывал почву, чтобы новость еще хуже не сказалась на моем здоровье».

– Мисс Уилсон…

«О черт. Не тяни уже. Просто выпроводи меня отсюда».

– Я бы хотел сообщить эту новость при всем коллективе, если Вы не возражаете.

«О да. Я ведь фанат прилюдных унижений».

Я молча поднялась со стула и последовала за Коуманом.

– Прошу, мисс Уилсон, – он пропустил меня вперед и прочистил горло. – Коллеги, минуту внимания. С сегодняшнего дня к нашему сплоченному коллективу на постоянной основе присоединяется еще один специалист, проявивший себя наилучшим образом во время летней стажировки. Уже хорошо знакомая Вам – мисс Тэя Уилсон.

– Да, спасибо, – пробормотала я, погруженная в свои мысли, не осознавая смысла его речи.

– Да, Тэя. С сегодняшнего дня ты официально трудоустроена на постоянное место в нашем отделе. Поздравляю тебя! Я искренне рад приобретению такого ценного кадра, – широко улыбнулся Коуман и сжал мою ладонь, крепко тряся ей. До ушей донеслись голоса коллег с поздравлениями.

– Но… Как? Вы не шутите? – изумлению не было предела. Я прибывала в полуобморочном состоянии.

– Какие шутки? – Коуман усмехнулся и выпустил мою руку. – Сегодня утром Фостер подписал Ваш договор и передал его мне.

От произнесенной фамилии сердце тут же забилось в самый темный угол груди и онемело. Я оглядела улыбающиеся лица коллег и оцепенела, как и внутренний кровоточащий орган.

«Почему он так поступил? Он мог с легкостью избавиться от меня, чтобы я не мозолила глаза. Почему он пожалел меня, ведь я всунула нож ему в спину?».

– Итак, – теперь уже суровый голос Коумана развеял мои мысли.