Беспощадные чувства

— Почему?

— Разве это не очевидно? Я уже однажды поверила в то, что ты можешь быть серьезен по отношению ко мне и ничем хорошим это не закончилось. Я не верю в то, что люди меняются.

В сознании тут же вспыхнули старые, болезненные воспоминания. Почему-то рядом с Брендоном они были особенно ощутимы. Напоминали острые, раскаленные иглы, вонзающиеся в так и не зажившую рану.

— Значит, ты тоже не изменилась?

В этот момент я смотрела на деревья, растущие вдоль тротуара. Высокие, аккуратно подстриженные и сейчас сильно колышущиеся от дуновений ветра.

Но, услышав то, что у меня спрашивал Дилан, я медленно повернула голову и встретилась с альфой взглядами. В машине тоже не горел свет и глаза Брендона казались полностью черными. Такими страшными. Но почему они именно этим завораживали?

— Ты задал интересный вопрос.

Он полностью противоречил моему утверждению, что люди не меняются."

"Я ведь уже не была той же, что и прежде. Или нет? Осталось ли во мне что-нибудь от забитой, одинокой омеги-подростка? Она полностью не исчезнет.

— Ответишь на него? — спросил Брендон. Не отрывая от меня взгляда, он немного повернул голову к окну и выдохнул дым.

— Нет. Не хочу.

— Если сделаешь это, тебе придется признать, что люди меняются. Ты изменилась.

— Ладно. Возможно, — ответила, в этом плане сдаваясь Дилану. — Но не факт, что ты стал другим.

В машине повисла тишина. Дилан поднес сигарету к губам, а я смотрела в окно. В настолько позднее время даже фонари не горели и в полной темноте, хорошо знакомая улица казалась совершенно другой. Пустой. Но почему-то именно такой она мне даже больше нравилась. Я будто бы забывала про существование всего мира. Сосредотачивалась на своей главной проблеме. А это было непросто.

— Я долго думала над тем, как отношусь к тебе, — произнесла, разрывая тишину. Но на альфу я все так же не смотрела.

— Что же ты теперь испытываешь ко мне?

Я ощутила взгляд Дилана. Слишком пристальный. Блуждающий по моей шее и волосам.

— Все слишком неоднозначно, чтобы я могла так просто ответить, — на моих губах сама по себе появилась улыбка. Но не веселая. Более ироничная.