Беглянка. Дорога к счастью

Саша плотнее закутался в куртку и вышел из машины. И опять нужно ждать, а время утекало, как песок сквозь пальцы. Павел требовал результата. Каждый день звонил и напоминал о сроках. Саша как мог оттягивал момент истины, придумывая разного рода сложности, но в итоге уперся в глухую стену. Врать больше было нечего, а говорить правду незачем. Он сам себя загнал в угол, из которого не было выхода.

Обуреваемый тяжелыми мыслями, Саша вошел в свой кабинет.

— Здравствуйте, Александр.

Холодный как сталь голос неприятно полоснул по нервам и заставил поежиться.

— Здравствуйте, Павел, — в том же тоне ответил Саша. — Чем обязан?

Небрежно стащил куртку и, повесив ее на вешалку, прошел к своему креслу.

— А вы не догадываетесь?

— Нет.

Паша криво усмехнулся, поднялся на ноги и, уперевшись ладонями в стол, навис над Сашей.

— Почему моей жене до сих пор не сделали ЭКО? — едва сдерживая свое раздражение, процедил он.

— Потому что она не готова к этой процедуре, — твердо ответил Белов, с легкостью выдержав моральное давление и многотонный взгляд. Он был спокоен и уверен в себе и не намеревался вестись на провокации.

— Я это слышу уже неделю! — вскипел Паша и, оттолкнувшись от стола, принялся расхаживать из стороны в сторону.

— И что же изменилось? — сухо поинтересовался Саша и сложил руки на груди. Ему было все равно, что скажет Павел, исход их разговора был предрешен заранее. Что бы ни случилось, Таню он ему не отдаст. Костьми ляжет, но не позволит забрать ее.

— Вот и мне интересно? — крикнул он. — Почему ты обещал одно, а по факту получается другое?

— Потому что женский организм уникален, а я не господь бог, чтобы изменять его.

— Меня все эти твои отмазки уже задолбали! — исступленно возмущался Павел. — Че, денег добавить, чтоб ты наконец зашевелился и всадил этой курице ребенка?

— Слушай, ты… — не выдержал Саша и резко поднялся на ноги. Злость вскипела мгновенно, а руки непроизвольно сжались в кулаки. Стерпеть оскорбление любимой женщины было непросто, но все же сдержался. Пока. Терпение было на грани.

— Это ты меня послушай. — Павел подошел вплотную к столу.