Беда не приходит одна

А потом, когда пришла его загулявшая тройка, слушали их перебранку, с улыбкой развалившись на кроватях, и понимающе хмыкали.

Приятно осознавать, что плохо не только тебе.

Но на этом для меня радости закончились. Холод и мороз не остудили мои переживания, и я по-прежнему сгорала изнутри. Мысли метались в голове, я не могла сосредоточиться ни на чем. И смотрела в потолок долгими холодными ночами.

Каждый раз, слыша мою возню, ближе к утру ко мне подсаживались ребята и что-то начинали говорить. Не важно, что, я не вслушивалась, но это помогало, и я немного забывалась сном.

Безусловно, в курсе моих ночных бдений была не только моя тройка, многие приподнимались, косились, но молчали. Но именно теперь я оценила правило этого мира: не вмешиваться в жизнь окружающих.

Хорошо, что сооружение, создаваемое вокруг форта, мы закончили за две недели. И вечером телепортировались домой. Надо отметить, что не все из группы вернулись свободными.

Но радовалась я зря. По прибытии Гарнер обрадовал нас новостью – начались спарринги по боевой магии.

Группа просто стонала в голос. Постоянные тренировки и сложные боевые заклинания не давали нам расслабиться ни на минуту.

Но главный кошмар ждал меня впереди.

Глава 8

Иногда лучше отступить, чтобы разбежаться и подальше прыгнуть.

Екатерина МедичиНадежда Ронер

…Губы скользят по обнаженному телу, любимые и знакомые руки везде. Они гладят, ласкают, прижимают, поцелуи прокладывают дорожку вниз. Выгибаюсь. С губ срывается громкий стон…

Я просыпаюсь…

Вся мокрая лежу в постели тяжело дыша, тело ноет, не получив желанного удовлетворения.

Вскочив, кидаюсь в ванную. Вода… Холодная вода… Много холодной воды.

Выползаю обратно. Чистая, но, что касается острых ощущений, даже охладительные процедуры не помогли. Все болит. К коже больно даже прикасаться, очень чувствительная. Сжавшись на кровати в комочек, так и сижу без сна до самого утра. Ощущение, что меня загнали в угол, буквально преследует…

С этого момента моя жизнь изменилась.

Утром в столовой я встретила свою пришибленную тройку.

Дима выглядел так, словно находился в трансе. А я не могла посмотреть им в глаза. От понимания того, что ребята знают про мои переживания, мне было просто невыносимо стыдно и унизительно."

"В этот день мне ничего не сказали, а ночью все повторилось. Нежное касание губ, родное лицо, сладкие и жаркие прикосновения, голова мутилась от желания – и снова меня разбудил колокол.

Срываясь, я принялась лупить по подушке, по одеялу и матрасу.