Аруна - 2. Дрожь земли

И охота на магдира в конце осени не отменяется!

Ларс Блум недоумевал, а Дэн взвешивал все ""за"" и ""против"", в итоге всё же решив поделиться, доставшейся ему информацией с партнёром:

- Мой свояк работает во дворце, и именно он шепнул мне, какая сейчас главная сплетня блуждает по коридорам замка, и касается она новой династии оркских королей. Нам нужно быть готовыми ко всему.

- Ты сам сказал ""сплетня"", - хмыкнул Блум, откидываясь на спинку стула. - Не волнуйся, дикари никуда от нас не денутся: будут таскать магические растения за бесценок, позволять нашему мастеру добывать сейку в Тёмном лесу и снабжать его продуктами и оберегать его переходы на правый берег Сольваны.

- Надеюсь, что ты прав. Я очень сильно на это надеюсь, дружище, - покачал головой Линдстрём, а сам думал, что ему нужно подстраховаться и предупредить Мастера о возможных грядущих переменах.

Глава 51

Глава 51

- Пам — парам, пум — пурум, - пропела я себе под нос, наблюдая за разминающимися однокурсниками.

И снова вся наша первая ступень на Арене. Все в сборе и готовятся к предстоящей тренировке. Совсем скоро начнётся дисциплина по закалке духа и тела, коротко ЗДТ, студенты горазды всё сокращать.

Я уже тихо ненавидела и этот участок и препода - немногословного красавчика. Его бесстрастное лицо и чуть высокомерно приподнятый уголок рта меня бесил.

- Уважаемые студиозусы! - лёгок на помине. Перед нами остановился Леннарт Хансен, высокий, подтянутый в широких холщовых штанах, как у простолюдина и в такой же светлой рубахе с закатанными до локтей рукавами.

Вообще, вся Арена была разделена на две части. В первой разнообразные снаряды, окружённые дорожками для бега, вторая - пустырь с утрамбованным песком, вот на него мы сейчас и глазели.

- Это площадка для спарринга. После положенной пробежки в десять кругов хочу посмотреть на ваши боевые навыки.

И вся наша толпа, срываясь на бег, ломанулась на дорожки. Я не торопилась, моё тело и разум ещё помнили ту адскую боль, когда каждая мышца, каждая косточка натужно болела, и весь мир, казался не мил.