Ангел

О том, что первый ребенок всегда самый трудный, о том, что боль быстро забывается, что женщинам с узкими бедрами, вроде моих, приходится труднее всего, и такое прочее, и вообще, что результат стоит всех пережитых испытаний.

Всем сердцем я согласна с последним. Ни минутки я не жалела о том, что у меня есть ты, Касси. Но после тех испытаний, что выпали на мою долю, я не собиралась больше иметь детей, если это было в моих силах, — а это было в моих силах. Я предупредила твоего отца, что застрелю его, если он только попробует снова забраться ко мне в постель.

Касси широко открыла глаза:

— Полагаю, он не очень благосклонно это воспринял?

— Еще бы, конечно нет.

— И в этом все дело?

— Из-за этого и началось. Я не просила никаких отсрочек, я просто раз и навсегда отказала ему. Сначала он был очень терпелив, полагал, что я передумаю. Может, так бы оно и случилось. Ведь, действительно, воспоминание о боли уходит. Но прошло восемь месяцев, и его терпение лопнуло."

"Теперь я считаю, что мне не следовало его винить, но тогда я была уверена, что он не прав.

Не знаю. Мне кажется, я была уверена, что коль скоро я не собиралась больше заниматься любовью, то он тоже должен воздерживаться. Конечно, это было с моей стороны полной глупостью, но я была молода и очень чувствительна, и, как я уже сказала, мои мозги тогда работали не совсем правильно.

Так, значит, все началось с того, что он на тебя разозлился?

— Нет, началось с того, что я узнала — он посещает заведение Глэдис.

Касси знала это заведение.

Оно сгорело во время пожара лет семь тому назад, и Глэдис перебралась в какой-то другой городок. Но в свое время это заведение было самым шикарным в Вайоминге, там были лучшие проститутки. И по сей день мужчины еще вспоминают Глэдис. Но Касси никак не могла себе представить, что там бывал и ее отец.

— Ты уверена? — переспросила она.

— Конечно, уверена. Не думаешь же ты, что я могла бы покончить с нашим браком, основываясь на одних подозрениях! В Шайенне тогда жил один человек, я сейчас не помню его имени, он за мной ухлестывал и вечно приставал с одним и тем же вопросом: когда я наконец брошу твоего отца и выйду за него.

Он преследовал меня, даже когда я уже была с огромным животом. Ну, вот, он счел, что окажет мне услугу, сообщив, что полгорода видело Чарлза в борделе.

— Ну и услуга, — сухо заметила Касси.

— Согласна с тобой. Если память мне не изменяет, я тогда отбила себе кулаки об его челюсть — так я ему была благодарна за эту услугу.