Академия Алых песков. Проклятье ректора

В последующие разы он старался не обращать на меня внимания, а я все больше ловила себя на мысли, что невольно смотрю на дверь в надежде увидеть его снова и обменяться колкостями.

Ректор покинул кабинет лишь два часа спустя, но мой план пробраться туда и украсть книгу с треском провалился, потому что вожделенный том мужчина держал подмышкой и задумчиво поглаживал корешок. Мы на секунду встретились с ним взглядами, в зеленых глазах танцевали бесенята. Он знает, что она мне нужна и дразнит. Сознательно! Машет перед носом, как перед котенком фантиком на веревочке.

— В-вы уже у-уходите? — заикаясь, спросил Лагро.

— Да, доброго вечера, Пьер, — откликнулся Эйр Хан и посмотрел на меня, будто невзначай подняв руку с книгой. — И вам, студентка Азнавер. Решил взять чтение на ночь. Оказывается, труды моей пра-пра-пра-прабабки и впрямь могут заинтересовать.

Я застыла. Пра-пра?.. Что? Та женщина, что прокляла оба наших рода — предок Реймонда Эйр Хана? А ведь именно рядом с ним наше проклятье перестает действовать! Нет-нет-нет, это не может быть совпадением! Эта книга нужна мне как можно скорее!

Полюбовавшись на мое изумленное лицо, ректор усмехнулся и вышел.

Страх змейкой скользнул по коже. А что если он поймет, зачем мне книга? Догадается отом, что королевский род проклят?  Спокойно, Эви. Эта Лючия написала там столько всего, что он скорее подумает о моем коварстве и желании наложить заковыристое проклятие на всех девиц Дитриха или на него самого.

Поняв, что план стащить книгу провалился и мне пора бежать, раз ректора больше нет рядом, я наскоро попрощалась с Лагро и поспешила на выход.

Не успела добежать до своего укрытия, как меня подхватила магия — оставалось лишь надеяться, что никто этого не заметил.

— Эви, я ненавижу верблюдов! — первое, что я услышала, когда перенеслась в комнату Дитриха. Он только что вышел из душа. Его глаза были полны такой безграничной тоски и безысходности, что мне даже стало его жалко. — Они такие… такие… невыносимые!

“Прямо как ректор Эйр Хан”, — мысленно подумала я.

— И говорят такие обидные вещи!

Хм, может, ректор — верблюд?

— Я тоже, знаешь ли, провела не самый приятный вечер, — призналась я. — Но что еще хуже, мне назначили наказание, так что теперь мне предстоит оценить всю прелесть чистки загонов.

Дитрих смотрел на меня недоверчиво.

— Он не мог этого сделать, — прошептал он. — Девушке — и чистить загоны?

— Не думаю, что верблюдам есть дело, кто убирает их… кхм… продукты пищеварения.