Афера Сатаны (ЛП)

Его обгорелые пальцы размазывают кровь, смешивая искусственную с настоящей.

Он не разрывает зрительного контакта, погружаясь в меня, его желтые глаза горят желанием. У меня перехватывает дыхание, ощущения мгновенно вызывают дрожь. Шакал откидывает голову назад, из его горла вырывается долгий, но тихий стон. Он всегда такой тихий, но его присутствие — самое громкое.

Его подбородок опускается, соединяя свои глаза с моими вновь, пока он создает устойчивый ритм. Я остаюсь с открытым ртом, выпуская маленькие стоны, которые я не смогла бы остановить, даже если бы попыталась.

Кронос спешит к столу и становится передо мной на колени. Я поднимаю голову и тотчас открываю рот. Я успеваю увидеть его толстый, покрытый венами член, прежде чем он оказывается у меня во рту, едва не задушив меня своей длиной. Стону вокруг его члена, но мой рот слишком полон, чтобы звук мог вырваться наружу.

Именно так, как они и хотели.

Язык Тимоти щёлкает по моему клитору, пока он сосёт и лижет. Я протягиваю руку вниз и дергаю за пучки его голубых волос, получая ответный стон, который вибрацией отдается в моей киске.

Бейн забирается на стол следующим, устраиваясь верхом на моем теле и твердо упираясь ногами в деревянную поверхность. Он медленно погружается в меня, а Шакал отстраняется, освобождая пространство для Бейна, который продолжает трахать меня.

Одной рукой Бейн хватает меня за бедро, а другой направляет свой член, пока его кончик не упирается в мое тугое отверстие. Я зажмуриваю глаза, дрожа от удовольствия и боли, которая, как я знаю, скоро наступит.

— Ты такая чертовски тугая, — бормочет Бейн, его слова пропитаны грехом. — Покрытая кровью, похожа на гребаную богиню смерти.

— Она и на вкус так хороша, — вздыхает Тимоти возле моего центра, практически впиваясь в меня своими губами.

Бейн не оставляет мне ни секунды на адаптацию.