Дикая

А ведь любой из охотников мог быть ранен на охоте. И что тогда? Все отвернутся в тот самый момент, как человек перестанет приносить племени пользу?

Это удручало.

Конечно, не все из них это понимали, но инстинктивно чувствовали, что не все так радужно в племени, как хотелось бы."

"Тогда что делать?

Остаться здесь? Но позволит ли Медведь? Да и хочется ли им самим быть рядом с человеком, который явно находится под властью какого-то сильного духа?

Подобная мощь пугала.

Но никто не отрицал, что пещера Медведя им понравилась.

Многие вещи были незнакомы и казались излишними поначалу, но чем дальше, тем больше люди убеждались, что эти нововведения были необходимы для более удобной жизни.

Конечно, не все они хотели принимать нечто новое и сложное так просто, но большинство не видело проблемы в том, чтобы, например, есть не руками, а ложкой.

Был и другой вариант: найти еще одну пещеру и поселиться там отдельно и от прежнего племени, и от Медведя.

Этот вариант многим не нравился в силу трудности. Для начала потребуется найти пещеру, а люди знали, что поблизости больше нет места, удобного для проживания. Еще их предки обошли всю местность, поэтому не стоило даже пытаться.

Выходило, что идти придется далеко, а это очень опасно. Не было и речи о том, чтобы выйти зимой. Если мужчины и женщины еще как-то могли бы выдержать, то дети, склонные заболевать очень легко и быстро, вряд ли перенесут такой поход.

Перетаскивая тела подальше от пещеры, мужчины хмурились, размышляя над своим будущим. Собрав убитых в кучу, люди устроились в отдалении, решив обсудить произошедшее.

Сначала были лишь восклицания. Каждый невольно принялся делиться пережитым. Когда эмоции немного схлынули, все замолчали, хмуро переглядываясь.

В конечном итоге взгляд остальных остановился на Босте. Было понятно, что они передают право решения ему.

Бост давно уже все для себя решил.

Ему нравилось жить с Медведем в одной пещере. Тот был не просто сильным, но и умным. Взять хотя бы то, как быстро он придумал способ охоты, когда остальные растерялись, не имея никакого плана.

Он интуитивно ощущал, что они обязаны остаться.