Адрес отправителя – ад

Валерия Петровна, хоть и не принимала участия в обсуждении внешних и внутренних качеств новой начальницы, не могла не согласиться с предположениями насчет лапы.

Им, работавшим в интернате много лет, замкнувшимся в своем маленьком мирке, не дано было знать, что интернат, в сущности, доживает последние дни. Здание находилось в угрожающем состоянии, денег на ремонт взять было неоткуда. Брошенных детей с отсталым умственным развитием с годами становилось все больше, работать с ними было все труднее. То есть педагоги и обслуживающий персонал интерната, разумеется, видели и нищету, и недостаток медикаментов, и зарплату им частенько задерживали, но такое ведь никого не удивляет в бюджетной организации.

В общем, вопрос закрытия интерната стоял на пороге, и тут подвернулась Елена Сергеевна.

Елена Сергеевна взялась за дело с огоньком. Она носилась по городу на своем «фольксвагене», искала спонсоров и деньги. В интернате замелькали разные люди на иномарках.

Валерии Петровне все не нравилось в новом директоре: ее громкий голос, ее слишком белозубая и слишком широкая американская улыбка, ее манера приходить на уроки в любое время без предупреждения, да еще приводить толпу народа.

Когда удавалось поймать директрису на месте, Валерия Петровна пыталась с ней поговорить, но это было трудно.

– Дорогая моя Валерия Петровна! – кричала директриса. – Почему мы должны все время подчеркивать то, что дети наши слаборазвитые? Почему мы должны им внушать, что они неполноценные? В Америке ни один инвалид не чувствует себя заброшенным! Они все живут полноценной жизнью – путешествуют, спортом занимаются! Ведь очень скоро для наших детей настанет время, когда они выйдут отсюда в ту самую жизнь, от которой мы их оберегаем! Что они там будут делать – вязать носочки?

Валерия Петровна прекрасно понимала, что директриса только из вежливости говорит «мы».