Адептка по обмену (СИ)

Он вызывал слишком противоречивые чувства во мне, но мне просто надо было услышать простой человеческий (или драгхарский) голос, чтобы не довести себя до нервного срыва, так что после какого-то там по счёту поворота, я не выдержала:

— Что это за сонная болезнь? Что произошло с Торренсом? О ней хоть что-нибудь известно?

Дайрон, не сбавляя шага, чуть обернулся, мазнул по мне взглядом и снова сосредоточился на дороге. Я уж думала, не ответит и начала мысленно костить такого бесчувственного сухаря со всех сторон, но ответ всё же прозвучал:

— Практически ничего.

— Они все выглядели… так?

Как «так» не пояснила, но Дайрон и так всё понял.

— Насколько я знаю, да. Все будто бы спали с открытыми глазами, не реагировали на внешнюю среду и были словно в оцепенении.

— А раньше таких заражений не было? — спросила я, когда мы миновали уже пятый или шестой коридор и снова поднимались.

— Нет, с этой болезнью мы раньше не сталкивались.

Кошмар какой. Хотела спросить, не заразна ли она для людей, но, скорее всего, он и сам не знает. Болезнь новая, неизученная и пока поражала только драгхаров. И началась только недавно… Хорошо хоть людей обвинить не смогут, по крайней мере, нас, адептов, мы в Аднаре оказались всего день назад.

Дальше снова шли молча."

"Не знаю, о чём думал Дайрон, но я прокручивала в голове… запах. Тот самый запах, который на мгновение почувствовала, едва присев рядом с парнем. Вспоминала его и пыталась понять, почему он не даёт мне покоя. Был ли он на самом деле или мне только почудилось?

Горечь. Небольшая такая, едва уловимая. Может, это вовсе и не от Торренса исходило, а от какого-нибудь другого драгхара? Всё же рядом их тоже достаточно было. Может, это духи такие неудачные или в сумке испортилось что-то, а я тут с пострадавшим её ассоциирую.

— Ты ничего не заметила, когда сидела с ним на лекции? — спросил внезапно парень после нескольких минут тишины и заставив меня вздрогнуть.

Сказать? Или лучше промолчать и сообщить только дознавателю? Кто для меня Дайрон? Драгхар, который после первой встречи оставил не самые приятные о себе впечатления, был высокомерен и заносчив, надменен и в какой-то степени груб, но в то же время он помог здесь.