Адептка по обмену (СИ)

И это наводило только на две мысли: либо его никто не чувствует, что было очень странно, либо он был тут всегда и на него просто не обращают внимания.

Я взглянула на Дайрона, но он не подал виду, заметил ли он что-то. Вёл себя спокойно и невозмутимо, продолжая играть роль, будто не имеет ни малейшего представления о том, что мы ищем.

Ладно, я решила тоже пока никому ничего не говорить и просто понаблюдать. Ну и самой понять, откуда именно он исходит. Ведь не может быть, чтобы у запаха не было источника.

Внутри целебный корпус был большим и светлым.

Настоящая больница. Я даже поёжилась. Никогда не любила больницы.

Единственное, пациенты здесь были, по всей видимости, из привилегированных слоёв населения, так как по коридорам они ходили не в больничной одежде и даже не в халатах, а в дорогом, но домашнем одеянии. Просто это было видно и без уточнений. Раз целительский корпус расположен в непосредственной близости от дворца, то и император с семьёй тоже мог здесь находиться.

Потому я удивилась, что пациентов с Сонной болезнью держат здесь же, они ведь могут быть опасны. Но, как оказалось, им выделили отдельное крыло с многоступенчатой степенью защиты.

Нас привели в большую комнату, где стояло несколько ширм, а перед этим дали выпить зелье, которое, по словам целителей, убережет нас от заражения. В чем я почему-то сомневалась.

— За ними находятся все пациенты, поражённые Сонной болезнью на данный момент, — сказал один из целителей.

На этих словах они вместе со вторым целителем отошли к окну и начали что-то тихо обсуждать. Следователи вместе с Варзахом тоже встали неподалёку и следили за нашими действиями, а я просто не знала, что делать. Заходить за каждую ширму и принюхиваться? Так этот горьковатый запах и так тут был везде.

Подняла немного растерянный взгляд на Дайрона.

— Давай начнём с Торренса, — сказал он и первый двинулся за его ширму.

Ну что ж, с Торренса так с Торренса. Зашла следом и замерла на пороге, совершенно не ожидая того, что увижу. Да, парень лежал без движения, но он не выглядел, словно был без сознания, а скорее… словно был мёртвым, оцепеневшим. Пугающим.