Жестокие игры мажора (СИ)

В основном из-за жара твердого тела, прижимающегося ко мне каждой своей выпуклостью. Или мозолистых пальцев, которые касаются чувствительной кожи и медленно скользят к моему горлу, чтобы еще больше сбить мне дыхание и затопить низ живота горячей тяжестью.

Вздрогнув, резким движением я закрываю кран и открываю глаза, понимая, что моя ладонь замерла чуть ниже напряженного живота.

Твою мать!

Тут же отдергиваю ладонь и замираю, пытаясь успокоить дыхание.

За считанные секунды мои щеки загораются стыдливым румянцем, и я злюсь на себя за все эти глупые фантазии.

Или что это вообще такое было?"

"Не желая разбираться в своих чувствах, я наспех вытираюсь полотенцем, затем обматываю им волосы и натягиваю халат, радуясь, что душ находится в моем блоке. И мне не нужно идти в таком виде через все общежитие.

Подсушив волосы феном, я осторожно разбираю их на пряди и расчесываю, после чего заплетаю в косу, стараясь не думать о том, что такой, как Багиров, нашел во мне. Или о грязных словах и угрозах его подружки.

Но они же не стали бы драться из-за меня? Сама мысль об этом абсурдна. Нет, скорее, это все их ненормальные игрища.

И вообще ничего из этого меня не должно волновать.

Вообще ничего, что касается Багирова.

Он мне совершенно не нравится.

То, что я иногда воображаю себе, всего лишь плод глупой физической реакции.

С этой мыслью я ставлю будильник на шесть, чтобы, проснувшись, позаниматься учебой, и проскальзываю под одеяло.

Я действительно устала.

И на удивление быстро погружаюсь в сон, пока вибрация под подушкой не возвращает меня в реальность.

Прищурившись, я достаю мобильный, разблокирую экран и тут же хмурю брови.

Неизвестный номер: «Тебе понравилось то, что ты сегодня видела?»

Не сообразив, о чем идет речь, я блокирую экран и со стоном убираю телефон обратно под подушку.

Нехотя я достаю мобильный и провожу пальцем по экрану.

Неизвестный номер: «Не рекомендую меня игнорировать. Тебе не понравятся последствия, кукла».

Кукла.

Неприятное чувство тут же расползается вдоль позвоночника.

Мне не составляет труда предположить, кому принадлежит этот номер, но инстинкт самосохранения отвергает эту мысль.

С минуту я еще медлю, но все-таки решаю ответить.